— У меня тут отмечено, что экзамен сдан. Вы ведь сдавали экзамен?
— Сдавала… — пробормотала я. — Но…
— Ну и все!
Она захлопнула дверь перед моим носом.
Я оторопело смотрела на розовую карточку со своим именем, не понимая, что делать.
Достала телефон, но проходящий мимо мужчина в форме шикнул и показал пальцем на картинку перечеркнутого мобильника на стене.
Поняла.
Я спустилась и вышла на улицу, вдыхая влажный после дождя воздух, отошла подальше, вновь достала телефон…
И заметила золотистый «Майбах», стоящий прямо в упор к воротам отделения.
Филипп вышел мне навстречу, увидев, как решительно я шагаю по лужам прямо к нему.
Он улыбался."
"Но эта улыбка моментально пропала, когда я закатила ему хлесткую пощечину.
31. Первый заезд
Сталь глаз резанула меня по лицу. Завадич потер щеку, смазывая красный след моей ладони, и я на мгновение восхитилась его острыми скулами и позавидовала тому, что он может сейчас дотронуться до них пальцами, а я сама себя лишила этого удовольствия.
Но только на мгновение.
— Это вместо спасибо? — спросил он ледяным тоном, глядя на меня сузившимися глазами.
— Это вместо: «Филипп, ты охуел!»
— Интересная благодарность за помощь.
Он как будто даже не разозлился. Если бы не узкие точки зрачков в серой пустоте глаз, я бы подумала, что ему все равно.
— Помощь?! Ты мне просто купил права!
— Пожалуйста.
— Я не говорила спасибо! — прошипела я, снова замахиваясь, но он перехватил мое запястье и сжал его.
Аккуратно, но твердо.
Не вырваться.
Другую руку он небрежно засунул в карман брюк и уставился на меня ледяным взглядом.
— Что происходит, Вера? — нарочито равнодушно спросил он. — В первый раз в жизни вижу, чтобы девушка злилась на то, что решаешь ее проблемы.
— Я не просила их решать!
— В этом весь смысл, — снисходительно хмыкнул он. — Ты не должна просить, это моя обязанность.
— Откуда у тебя обязанности?
— От нашего договора. Ты сама просила, чтобы плата за отношения с моей стороны была нематериальной.
Ухаживания, подарки, забота. Это и есть забота, не так ли?
— Я с тобой уже рассталась!
— А я с тобой нет.
— Филипп! — вскипела я.
У меня еще оставалась одна свободная рука, но левой бить его по прекрасной морде было страшно неудобно. Заметив мой порыв, Завадич дернул меня к себе — как тогда, в спальне, когда я хотела сбежать. Прижал вплотную, крепко обнял за талию. Развернул, прижав спиной к теплому боку «Майбаха».
И поцеловал.
