Стиви всегда подшучивала надо мной из-за того, что я безнадежный романтик, потому что видел в людях только лучшее. И когда я влюблялся, то влюблялся с головой. В старших классах у меня была пара подружек, но только в колледже я впервые влюбился. И думал, это навсегда.
Я смотрю на хорошенькую девушку у себя на коленях, ища какие-либо признаки дискомфорта от этой темы, но Инди, похоже, так увлечена этим разговором, как я и надеялся.
— Ты знаешь, что произошло, но ты не знаешь всей истории. Ее звали Марисса. Мы познакомились в конце моего первого курса, и я довольно быстро влюбился в нее, но она не хотела, чтобы люди знали, что мы вместе, поэтому мы держали это в секрете.
Честно говоря, мне это нравилось. Моя команда только что выиграла национальный чемпионат, и люди начали видеть во мне звезду баскетбола, а не обычного парня. Я заметил, что люди вокруг хотели подружиться со мной, прежде чем я попаду на драфт. Но Марисса… — я качаю головой. — Она была не такой. Она не хотела внимания, которое я привлекал, а ее родители были чрезвычайно религиозны, поэтому по этим причинам мы не рассказывали о нас многим людям.
Но я знал, что сделаю ей предложение, как мы окончим университет. И многое из того, о чем она беспокоилась, больше не будет проблемой. Ты знаешь, что она пыталась забеременеть. Что ж, она забеременела. На последнем курсе.
Инди слегка вздрагивает, делая тихий, но резкий вдох.
— Я был в восторге, и она тоже. Она должна была родиться летом, вскоре после того, как я подпишу контракт с клубом.
Я знал, что в финансовом отношении смогу позаботиться о них обоих, и я очень хотел семью. Единственный человек, которому я мог сказать, что стану отцом, была Стиви. Марисса не хотела никому говорить, не хотела, чтобы ее родители узнали, пока у нас не родится ребенок, мы не обручимся и не будем жить в том городе, за который я в итоге буду играть. На неделе драфта я занял первое место в общем зачете в Чикаго. На следующий день прилетел сюда и купил эту квартиру за наличные, обставил ее мебелью и подготовил к возвращению домой моей будущей невесты и ребенка.
Потом у Мариссы начались схватки. Я немедленно сел на самолет обратно в Северную Каролину и помчался в больницу. Я опоздал, и меня не пустили в родильное отделение, поэтому я расхаживал по комнате ожидания с обручальным кольцом, прожигающим дыру в кармане. На той неделе жизнь была похожа на сон. Я собирался получить все, о чем когда-либо мечтал, всего за неделю.
