Идеальный парень

Надеюсь, тебе это, – он откинулся на спинку кресла, и казалось, еще немного и утонет в своем сиденье, – не доставит проблем?

– Я бы хотел сказать да, и вообще я отбиваюсь от прессы палкой. Но на деле благодаря журналистам у меня просто появляется дополнительная причина воздерживаться от случайных перепихов.

– Когда ты сказал, что у тебя никого нет, я думал, что ты просто в тот момент ни с кем не встречался, а оказалось, у тебя…

Я не сводил с него глаз и позволил ему закончить фразу.

– …вообще никого нет. Если так можно выразиться.

Я не смог сдержать смех. Действительно, «если так можно выразиться».

– Тебе, наверное, трудно поверить в то, что я такой ужасный неудачник.

– Знаешь, я не считаю тебя неудачником. Но не понимаю, почему у тебя такие трудности… кхм…

– Если так можно выразиться?

– Вроде того.

У меня появилась прекрасная возможность укрепить наши отношения, сделать их более глубокими, долгими и доверительными, основанными на честности и взаимопонимании. Я мог бы рассказать ему о Майлзе.

О том, как я отрывался на вечеринках словно в последний раз, словно следующий день не наступит. А потом, просыпаясь утром, понимал, что этот день все-таки наступил. Оливер понял бы меня. Ему бы не составило труда понять меня.

– Все сложно, – сказал я вместо всего этого.

Он не стал выведывать подробностей, потому что это было совсем не в его духе, хоть мне и хотелось, чтобы он все же задал какие-то вопросы, ведь тогда я смог бы ему все рассказать. Но это было бы полным кошмаром.

В общем, всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. Весело провели время, ничего не скажешь."

"Я никогда еще так не радовался при виде вокзала Эпсома (который, если верить «Гуглу», был очень плохо оснащен). К счастью, плачевное состояние, в котором находилась станция, где я даже не мог валидировать мой чертов проездной, позволило отвлечься от неудачных попыток наладить эмоциональную связь с моим фиктивным парнем. Мы сошли с поезда и пешком через поля направились в сторону Паклтрупа-ин-Волда.

Солнце начало клониться к горизонту, и все вокруг было окружено приятным золотистым сиянием, которое словно пыталось раззадорить во мне романтический настрой. На Оливере снова была его обычная повседневная одежда: очередные новенькие джинсы, в которых так уютно расположилась его потрясающая попа, и кремовый джемпер крупной вязки. Во всем этом он выглядел так, словно только что сошел с фотки из ленты «Тамблера» под тегом «офигенныепарниввязаныхсвитерах».