Идеальный парень

– Да неужели? – в его голосе прозвучала надежда с нотками недоверия.

– Я бы не сказал, что ты совсем уж чопорный придурок. Скорее, высокомерный недоумок.

К моему удивлению, он рассмеялся – низким громким смехом во все горло, так что волосы на моих руках слегка вздыбились от неожиданного удовольствия.

– Это я переживу. А теперь, – он поставил локти на стол и слегка наклонился ко мне, – скажи, что еще фиктивные парни должны знать друг о друге?

– У тебя же в последнее время были отношения. Тебе и рассказывать.

– В том-то и проблема.

– Но ты же сам настоял на том, что мы должны узнать друг друга получше, – усмехнулся я. – Ты же понимаешь, для правдоподобия.

– Я вижу, ты никогда мне этого не забудешь.

Я на минуту задумался.

– Нет.

– Отлично. – Он вздохнул. – Как насчет дней рождения?

– Не переживай. Я уже забыл, когда в последний раз праздновал свой. Не парюсь по поводу дней рождения.

– Я запомню это.

– Боже, – простонал я. – Бьюсь об заклад, ты мне еще подаришь удачный, хорошо продуманный подарок. И я из-за этого буду чувствовать себя совсем паршиво.

Его губы искривились в усмешке.

– Почту за честь.

– Ладно, оно у меня в июле. Мы гораздо раньше придем к выводу, что не подходим друг другу, и порвем наши фиктивные отношения, прежде чем перед нами встанет эта проблема.

– А. – На секунду на его лице промелькнуло легкое разочарование.

– Не помню, чтобы я занимал за кем-то очередь.

– Мне всегда казалось, что взаимная открытость помогает решать многие проблемы.

– Скажи, а в сексе ты универсал? – спросил я с невинным видом.

– Люсьен, следите за своими манерами!

Нет, я не думал о сексе. Совсем. Ни капельки. Ни даже чуть-чуть. И все равно приятная легкая дрожь пробежала по спине.

– Мм… – В голове было совсем пусто. – Хобби и всякие увлечения? Чем ты занимаешься помимо работы?

– Я работаю почти все время.

– Между прочим, именно из-за таких вот фраз, как «юриспруденция – очень ответственная работа», у меня и сложилось впечатление, что ты весь из себя такой чопорный.

– Ну прости, – сказал Оливер тоном, в котором не было и намека на извинения. – Но я не знаю, как еще сформулировать мысль, что у меня очень напряженная и сложная работа, которая отнимает почти все время.

– Можно было и так, как ты сейчас сказал.