– Ты в порядке?
– В порядке.
– Вот это мне нравится слышать.
Наступает затишье. Стиви обнимает своего отца и смотрит в мою сторону. Я воспринимаю это как сигнал, ставлю напиток на стол и быстро, как только могу двигаться на своих каблуках, подхожу, обнимаю ее за плечи и сжимаю в объятиях.
– Ты знала? – спрашивает она в моих объятиях.
– Понятия не имела! А ты знала?
– Понятия не имела! – Она разражается смехом.
– Так вот почему ты мне не ответила?
– Да, насчет этого…
– Дай посмотреть на камень.
– Я беру ее за руку, прерывая, потому что этот момент касается ее, а не ее брата и меня. – Боже милостивый, Зи.
В этот момент Зандерс кладет руку мне на плечи.
– Тебе нравится?
– Я бы предпочла, чтобы ты попросил меня помочь, но даже если бы ты это сделал, я не думаю, что это могло бы быть более идеально. – Стиви тянет в другую сторону, поэтому я поворачиваюсь, чтобы обнять ее новоиспеченного жениха. – Поздравляю.
– Спасибо, Инди. – На лице Зандерса довольная улыбка, но она становится беспокойной, он понижает голос, чтобы никто больше не услышал: – У тебя все в порядке?
– Почему все продолжают меня об этом спрашивать?
– Ну, потому что, когда мы встретились год назад, тебе выбрали кольцо и назначили дату свадьбы.
Не пойми меня неправильно, я просто счастлив, что ты не с этим парнем, но прошло не так уж много времени. – Он смотрит на меня с опаской. – Райан сказал, что ты будешь счастлива, и я не сомневаюсь, что так оно и есть.
Просто решил спросить, вот и все. Не хочу быть невнимательным.
– О боже, нет, – я отмахиваюсь от него. – Это не имеет ко мне никакого отношения. Я не могу быть счастливее за вас двоих. Честное слово. Я в порядке.
– Хорошо. – Зандерс окидывает взглядом мой наряд. Из всех моих друзей он один понимает, как я ценю моду. – Мне нравится это платье.
– Мне нравится твой костюм.
Стиви и Райан возвращаются в свой собственный маленький мир, чокаются бутылками пива, наслаждаясь моментом.
Мы с Зандерсом наблюдаем за братом и сестрой Шэй с другого конца комнаты.
– Ты не думаешь, что восемь месяцев – это долго? – спрашиваю я.
– Я думаю, и восемь часов – слишком долго, чтобы горевать по этому идиоту, но я знаю тебя, Инди. Ты чувствуешь больше, чем большинство людей, так что нет, я не думаю, что восемь месяцев – это долго. Ты верна до предела, и когда ты любишь кого-то, ты любишь каждой клеточкой своего тела.
