Но с той уверенностью, с которой он это произнес… Черт возьми.
Он смеется от моего откровенного потрясения.
– Ты завтра рано встаешь? – шепчет он.
– Да, и день был долгим.
Он глубоко вздыхает, прежде чем запечатлеть нежный поцелуй на верхней части моего плеча, оставляя там свой подбородок.
– Хорошо.
К тому времени, как мы добираемся до дома, я понимаю, что означало это «хорошо».
Он не собирается ничего предпринимать. Он собирается дать мне поспать.
Чего он, возможно, не понимает, так это того, что из-за многочасовой прелюдии и единственного оргазма за восемь месяцев уснуть этой ночью я не смогу.
По крайней мере, если что-то не случится.
Он закрывает за собой дверь квартиры, оставляя у входа мои туфли. Мы снимаем пальто, остро ощущая близость друг друга, и замираем в напряженной тишине.
– Ну, я, эм… – Он показывает большим пальцем в сторону своей спальни. – Спокойной ночи.
Он на мгновение замешкался на пороге, и я, как трусиха, молчу.
Опустив голову, он делает шаг к спальне.
– Райан, – перебиваю я, останавливая его, – мое платье.
Ты не расстегнешь на мне молнию?
Он не торопится расстегивать молнию, как будто знает, что это станет концом нашей ночи, и хочет, чтобы она продлилась. Его дыхание задерживается на моем затылке, пальцы скользят по позвоночнику, и мое тело покрывается мурашками, когда я осознаю его близость.
Когда задняя часть моего платья расстегнута, Райан обхватывает ладонями мои бедра, впиваясь кончиками пальцев.
– Вот, готово.
Он не уходит, не двигается, пока я не замолкаю слишком надолго.
"
"Что я делаю? Почему я колеблюсь? Если быть до конца честной с собой, несмотря на то, что я открыто говорю о сексе, меня никто должным образом не касался со времен Алекса, и это меня пугает. Раздеться, стать уязвимой рядом с другим человеком может быть ужасно, но я устала от того, что Алекс был моим последним и неповторимым. Он не заслуживает звания последнего мужчины, у которого была эта часть меня.
– Рай, – я останавливаю его у двери. Он оглядывается на меня, в глазах отчаяние и мольба.
– Ты мне поможешь?
Он откидывает голову, с облегчением выдыхая.
– Черт подери, наконец-то.
22
Райан
Двумя быстрыми шагами я прижимаю ее к стене, закидываю ее ноги себе на бедра, и бретельки красивого красного платья спадают с ее плеч. Прижав ее к себе и проводя губами по всей длине ее шеи, я чувствую, как колотится ее сердце. Я целую и облизываю нежную кожу, чувствуя, как тихий стон поднимается по ее горлу к моим губам.
