– Что?
Я провожу обеими ладонями по ее животу и талии, наслаждаясь тем, как она ощущается под моими прикосновениями.
– Я не собираюсь ничего делать. Ты – да. Ты заставишь себя кончить.
– Но я не могу, – протестует она. – Это не работает. Пожалуйста, Райан. Ты сказал, что поможешь мне.
– Я помогаю. Я собираюсь отвлечь тебя, и ты будешь себя ласкать. – Я беру ее за руку, направляя ее к низу живота. – Ты мне доверяешь?
– Конечно доверяю. – Ее взгляд смягчается. – А ты мне доверяешь?
– Да, – отвечаю я без колебаний, и осознание того, что я никогда не доверял другой женщине больше, чем Инди, приводит меня к тому, что я действительно едва не решаю найти презерватив и послать к черту мой двухлетний период воздержания.
Яростный прилив собственничества захлестывает меня, крича о том, что она принадлежит мне. Она лежит, раздвинув ноги, на моем диване. Она живет в моем доме. Она хочет мой член.
Но внутренне я ругаю себя. Сегодняшний вечер – для нее.
– Коснись себя, Инд. Сделай так, чтобы тебе было приятно.
– Сев на колени, я снимаю рубашку и бросаю ее на пол. – Но сначала, ради всего святого, сними с себя все.
Падая на нее, я продолжаю удерживать ее тело одной рукой, мой член скользит по ее центру. Я почти кончаю, и болезненная пульсация усиливается, когда Инди выгибает спину от удовольствия, одновременно давая мне достаточно места, чтобы расстегнуть свободной рукой ее лифчик.
Ткань моего любимого цвета сползает с ее груди и падает на пол. Ее соски чертовски великолепны, соблазнительны и нуждаются в том, чтобы их пососали.
– Инд, – выдыхаю я изумленно, откидываясь назад, чтобы лучше видеть. – Ты чертовски красива. Я имею в виду, я знал, что это так, но, боже милостивый.
– Тогда тебе, наверное, стоит прикоснуться ко мне, ты так не думаешь?
Маленькая хитрюга. Я киваю:
– Наверное.
Ее грудь совсем невелика, но когда я беру одну и сжимаю, она идеально ложится в мою ладонь. Я провожу большим пальцем по твердому соску, нежно его оценивая.
Благодарю ее за то, что она позволила мне увидеть ее тело, за то, что позволила мне к себе прикоснуться.
Она издает самый ангельский всхлип.
Обхватив ладонью шею, она тянет меня вниз, и без дальнейших колебаний я беру ее сосок, посасывая розовый кончик, прежде чем провести по нему языком. Зажав плоть зубами, я нежно прикусываю, позволяя ее драгоценным крикам наполнить нашу гостиную.
Нижняя часть ее тела извивается в предвкушении, трется об меня.
