Осознание того, что я действительно не хочу ничего из той жизни, о которой когда-то мечтала, ошеломляет.
Райан подушечками пальцев мягко направляет мою голову к своему противоположному колену, чтобы расчесать мои волосы с другой стороны.
Рядом с ним я не чувствую себя обузой. Он не заставляет меня чувствовать, что меня слишком много в этих отношениях. Я не предложила ему абсолютно ничего, кроме того, кто я есть на самом деле, и он принял каждую мою черточку, хорошую и плохую. Кажется, до сегодняшнего дня я не понимала этого до конца.
– Инди, – шепчет он у меня за спиной. – Того, что ты предлагаешь в отношениях, как друг, женщина, партнер, просто будучи такой, какая ты есть, более чем достаточно. И если кто-то не видит, что ты – это все, то он сам виноват, что вы расстались. Я знаю, что ты верная. Это одна из моих любимых черт в тебе, но всему должен быть предел. Некоторые люди не заслуживают такой непоколебимой верности.
Слезы текут из моих закрытых глаз, отчасти потому, что я больна, а отчасти потому, что никто никогда не заботился обо мне так, как сейчас, душой и телом.
Сегодняшние открытия ошеломляют меня, и я начинаю плакать в своей манере. Для меня это любимая отдушина.
– Никто никогда не заботился обо мне, – пищу я, сглатывая комок в горле. – Спасибо, Райан.
Он снова замолкает, и, наконец, я смотрю на него через плечо.
– Что?
Он качает головой, возобновляя свою работу по распутыванию моих волос.
Райану не нравится разыгрывать на публику близость, но то, что он расчесывает мне волосы и заботится обо мне во время болезни, кажется гораздо более интимным, чем все, что мы когда-либо делали.
Наверное, температура лишила меня тормозов, потому что я спрашиваю:
– Ты притворяешься?
– Нет, Блу. Я не притворяюсь.
Затем я чувствую, как его пальцы скользят по моим мокрым волосам, разделяя пряди на три равные части.
– Ты хочешь заплести мои волосы в косу?
– Да.
Господи. Что за мужчина.
– Где ты этому научился?
Он тихо посмеивается:
– У моей близняшки на голове копна вьющихся волос, а ты спрашиваешь, где я научился заплетать косы?
И теперь я представляю, как маленький Райан помогает маленькой Стиви причесываться, и у меня кружится голова, мне снова хочется плакать.
Я пользуюсь моментом уязвимости.
– Я прошлой ночью сделала что-то не так?
– Нет. Боже, нет. Ты была идеальна.
– Тогда почему ты от меня сбежал?
Он глубоко вздыхает:
– Потому что я облажался, Блу.
– Это не так."
"– Это так, – выпаливает он.
