— Но мне кажется, вы не спрашивали об этом.
— Может быть… «Следы в лесу», месье. Я принесла вам целый карнавал! — она аккуратно разложила платья на стульях. — Я искренне убеждена, что это наилучшие образцы, которые продал нам Рене.
— Продал вам? — удивился Джейсон. — Так он здесь не работает?
— Обыкновенная игра слов. Его студия в конце коридора, но это святое место. Даже я дрожу, когда мне приходится туда входить.
— Платья великолепны! — воскликнул Борн, переходя от модели к модели. — Но я не хочу заваливать ее платьями.
Надо лишь слегка задобрить ее, чтобы восстановить мир, — добавил он, указывая на три платья. — Я возьму эти.
— Прекрасный выбор, месье Бриггс!
— Упакуйте их, если не трудно.
— Конечно, месье. Вашей подруге очень повезло.
— Она хороша в компании, но сущий ребенок, причем весьма избалованный ребенок. К сожалению, я долго отсутствовал по делам, и чтобы компенсировать недостаток внимания, я хочу привести ей вот это. Это поможет восстановить мир! — улыбнулся он, доставая бумажник.
— Одна из наших продавщиц подсчитает все вместе, месье, — мадам Лавьер нажала кнопку внутренней связи.
Борн внимательно наблюдал за ней, готовый прокомментировать ответ Бержерона на звонок, если женщина заметит небольшое смещение телефона со своего места. Но она продолжала разговор с продавщицей по внутренней связи.
— Еще бренди, месье? — осведомилась она, закончив разговор.
— С большим удовольствием, мадам, — Борн протянул стакан. Мадам Лавьер взяла его и подошла к бару. Джейсон понимал, что время осуществления его планов еще не наступило.
Оно подойдет очень скоро, когда он будет расплачиваться, но не сейчас. А сейчас, тем не менее, он может продолжить строительство фундамента отношений с управляющей ле Классик.
— Этот модельер Бержерон, по вашим словам, заключил с вами особый контракт?
Она повернулась со стаканом в руке.
— О, да. У нас весьма тесный круг. Мы работаем почти как одна семья. Джейсон взял протянутый ею стакан, кивнул в знак благодарности и сел в кресло перед столом.
— Весьма конструктивный подход, — многозначительно проговорил Борн.
В этот момент вошла та самая продавщица, с которой он разговаривал в торговом зале. В ее руке находился журнал.
— Какова общая сумма, мадам? — обратился он к Лавьер.
— Около 30 тысяч франков, месье, — ответила она, наблюдая за его реакцией с выражением большой хищной птицы.
Но ничего такого не произошло. Джейсон спокойно вынул из бумажника шесть банкнот по пять тысяч франков и протянул их ей.
