— Если я войду в ваш дом и кто-то опознает меня, то я буду убит, как впрочем и вы.
— Этого не может случиться. Я все проверю, и лишь после этого вы войдете. Если что-то будет не так, я вернусь и поеду. Вы должны будете следовать за мной. В подходящем месте я остановлюсь и мы продолжим нашу беседу.
Джейсон внимательно наблюдал за генералом.
— Почему вы хотите, чтобы я поехал туда?
— А куда еще? Там нам никто не помешает. Все, кто меня обслуживают, уже спят в комнатах второго этажа или смотрят телевизор.
Кроме того, я бы очень хотел, чтобы нашу беседу послушала моя жена. Она жена старого солдата и обожает выслушивать истории о моей жизни. Может быть, она даже сможет нам чем-то помочь.
— Я добился встречи с вами, подстроив вам ловушку, а вы, в свою очередь, можете подловить меня в своем доме. Как я могу быть уверен, что парк Монсю не будет капканом для меня?
Старик не колебался в ответе.
— Я даю слово Генерала Франции, и этим все сказано. Если вас это не устраивает, то забирайте оружие и убирайтесь!
— Этого вполне достаточно, но не потому, что это слово Генерала, а потому, что это слово человека, сын которого был убит на улице дю Бак.
Обратная дорога в Париж показалась Борну гораздо длиннее, чем путь к ресторану «Ле Арбалет».
Вскоре они въехали на трехрядную улицу, откуда Джейсон и начинал свое путешествие. Вилье находился на сто футов впереди «рено», решая проблему, которой у него несколько часов назад просто не было. Число машин у обочин в вечернее время значительно выросло.
Впереди слева располагалось небольшое пространство, где можно было припарковать обе машины, как раз напротив резиденции генерала. Вилье высунул руку из окна, приглашая Борна следовать за ним.
Это случилось именно в этот момент. Его глаза были привлечены светом, падающим из дверного проема. Он мгновенно сфокусировал зрение на двух фигурах, стоящих у открытой двери. То, что он узнал одну из них и обнаружил ее присутствие в таком месте, заставило Борна проверить оружие и разместить его поудобнее.
Должен ли он покорно идти в ловушку после всего, что увидел? Могло ли быть слово Генерала Франции гарантией в этом случае? Вилье маневрировал, стараясь поставить машину на обочину. Борн сидел в «рено», вращая головой во все стороны, пытаясь заметить едва различимые признаки опасности. Но ничего похожего не наблюдалось. Никто не шел по направлению к нему, никого поблизости не было. Это не было ловушкой.
