Может быть, она сказала тебе что-то такое? И это заставило тебя уйти в воспоминания.
— Я не уверен. Я был весьма занят тем, что мне следовало говорить ей самому.
— Подумай, дорогой!
Борн закрыл глаза, пытаясь вспомнить. Было ли там что-то такое? Что-то такое, что было сказано очень быстро, обыденно, и что тут же улетучилось.
— Она назвала меня «провокатором», — ответил он, не понимая, почему всплыло в памяти именно это слово. — Но это, видимо то, чем я занимаюсь, да?
— Вероятно, ты прав, — согласилась Мари.
— Я собираюсь направиться в район, в котором живет бухгалтер. Это всего лишь в двух кварталах отсюда.
— Будь осторожен, — она говорила так, как будто ее мысли были заняты чем-то посторонним.
— Хорошо. Я буду осторожен.
Улица была тихой и безлюдной. Она представляла собой смесь магазинов, офисов и жилых домов, которых было тут гораздо меньше. Поэтому улица напоминала ночью пустыню.
Джейсон подошел к небольшому дому, где жил Пьер Трайнон. Потом он поднялся по ступенькам и вошел в низкий, слабо освещенный подъезд.
Справа располагались ряды почтовых ящиков, над каждым из них находилось переговорное устройство. Найдя в списке номер квартиры бухгалтера, он два раза нажал на кнопку переговорного устройства. Примерно через десять секунд из динамика послышался голос, тембр которого напоминал металлическую окраску.
— Кто там?
— Месье Трайнон?
— Да.
— Вам телеграмма, месье. Я заехал к вам прямо с почты. Эту телеграмму необходимо вручить лично вам.
— Мне телеграмма?
Да, он не был человеком, который часто получает телеграммы.
Борн ожидал в стороне от стеклянной двери, ведущей внутрь дома. Вскоре он услышал быстрые шаги, дверь открылась и изнутри вышел грузный лысеющий мужчина, который без промедления направился к своему ящику под номером 42. — Месье Трайнон?
Мужчина повернулся. Его лицо выражало беспомощность.
— Телеграмма! — воскликнул он. — Это вы принесли телеграмму?
— Я должен извиниться за эту уловку, но это сделано для вашей же пользы. Не думаю, что вы захотели бы отвечать на мои вопросы в присутствии жены и детей.
— Вопросы? — изумился Трайнон. Его губы искривились в непонятном выражении, и в глазах возникли искорки страха. — Мне? Но о чем? Что это значит? Почему вы пришли сюда? Я вполне добропорядочный гражданин и уважаю законы.
— Вы работаете в Сен-Оноре? Фирма ле Классик?
— Да, это так. Но кто вы такой?
— Я представитель следственной комиссии налогового управления. Пойдемте вниз, там мой автомобиль.
