Мне не нужен ответ, я просто заглядываю в ее пьяные глаза, спускаю со стола и тяну Алису за собой. Главное, чтобы она пришла в себя и не сопротивлялась. Нет у нас дороги назад. Сдавайся, моя хорошая, я все равно не отпущу.
Мы выходим из комнаты, и я крепко сжимаю ее маленькую ладонь.
— Алиса?! — позади нас раздается голос Германа, и я стискиваю челюсть. — Куда это вы собрались?! — голос строгий, словно я его подчинённый.
— Гера, не сейчас, — отмахиваюсь, но чувствую, как Алиса начинает приходить в себя и упирается.
— Алиса, ты на работе! — кидает он, выводя меня из себя.
— Она больше здесь не работает! — заявляю и стискиваю ладонь, которую Алиса пытается вырвать.
— Алиса? — Герман переводит взгляд на девочку, не веря моим словам, но я не позволяю ей говорить.
— Гера, просто не лезь! — пытаюсь говорить спокойнее. — Она уходит со мной.
— Да я не против, пусть уходит. Только почему ты говоришь за нее? — прищуриваясь, спрашивает Герман. — Алиса?!
— Да отпусти ты меня! — вдруг оживает девочка и вырывает свою руку.
— Я никуда не ухожу! — заявляет она.
Гера победно усмехается, и меня накрывает неконтролируемой ревностью. Алиса идёт к нему, но я грубо хватаю ее за запястье и притягиваю к себе. Не самое хорошее решение, чтобы расположить к себе девочку, но я уже себя не контролирую.
— Ты идешь со мной!
Хватаю ее, закидываю на плечо, прижимаю за задницу к себе и, не обращая внимание на ее крики, несу вниз по лестнице.
— Богдан! — нагоняет меня Герман.
— От*ебись! — почти рычу сквозь зубы и быстро иду к черному выходу.
Я заберу отсюда свою девочку, запру в своей квартире и буду выяснять с ней отношения, пока она не сдастся.
ГЛАВА 20
Богдан
Всю дорогу Алиса со мной не разговаривала, не сопротивлялась и не пыталась сбежать. И это настораживало. Тихая и покорная Алиса только в моих руках. Похоже, она что-то задумала. Я утащил ее из клуба без верхней одежды, и девочка обнимает себя руками, хотя в машине не холодно.
Скорее всего, она закрывается от меня. А я хочу знать, что сейчас творится в ее голове.
Паркуюсь на стоянке возле своего дома, достаю из сумки на заднем сиденье свою толстовку и протягиваю Алисе. Не берет, продолжая смотреть в окно, будто меня нет.
— Ну, если ты хочешь опять идти на моем плече в одном бюстгальтере и с задранной юбкой, то я не против. Шокируем консьержа и соседей, — усмехаюсь я, и Алиса выхватывает у меня толстовку и надевает ее.
