Люди валились с ног, получали сильнейшие нервные расстройства, но, подлатавшись в алатских регенерационных баках, снова вставали в строй. Собранные по всей империи несколько десятков талантливых специалистов по электронике и средствам управления ухитрились за трое суток разработать и выдать готовый образец переходного узла между алатским процессором и российской системой управления. Заводы в Калуге, Челябинске и Казани перешли на четырехсменную работу, но первые рабочие блоки стали поступать в армию еще через сутки.
В таком же напряженном режиме трудились все специалисты армии и флота. Исключение делалось лишь для боевых подразделений.
Сам Алексей, несмотря на требования врачей, спал по четыре часа в сутки, мотаясь между Вереной, Омарой и Землей в сопровождении верного Малыша и успевая переделать множество самых разнообразных дел. Целая история получилась из поездки советских людей по вновь обретенной родине. Прямым распоряжением императора членов клана возили везде, где они хотели побывать, делая исключения лишь для особо режимных объектов.
Например, контрразведчики захотели посетить именно те места, которые, несмотря на огромное расстояние, хорошо просматривались из здания на Лубянке, и остались вполне удовлетворены осмотром горнодобывающих комплексов Асканды, где, несмотря на всеобщую механизацию, широко применялся ручной труд.
Небольшой скандал разразился, когда оторванные от империи на долгие годы люди не обнаружили на своем месте мавзолея Ленина, но после спокойного рассказа специалиста, пояснившего, что останки были захоронены по христианскому обычаю, а сам мавзолей был полностью перенесен на территорию музея «Горки Ленинские», проблема сама собой решилась.
Тем более что столица гораздо больше напоминала тот город, который мечтал построить Сталин. Исчезнувшие бетонные ульи или заменялись зданиями в классическом московском стиле, или на этом месте разбивались сады и скверы.
Но были и проблемы куда более серьезного свойства.
Например, оживились разведки Демсоюза и Небесной империи. Их спутники ни на секунду не выпускали из поля зрения территорию Большой Москвы, пытаясь отслеживать все перемещения войск и техники. К счастью, люди, проектировавшие защитные сооружения столицы, словно догадывались о возможности подобного развития средств разведки, и весь город пронизывали подземные коммуникации, позволявшие попасть в любую точку города, не выходя на поверхность.
