Отойдя в сторонку со своей знакомой, несколько глуповатой дочерью купца Матвеева Варварой, она уговорила ее отозвать Наталью под любым предлогом в дамскую комнату, где якобы ею подготовлен сюрприз для новобрачной. Варвара с радостью согласилась, памятуя, сколько всяких игр и розыгрышей было на свадьбе ее старшей сестры, и сейчас пробиралась к молодоженам.
Выбрав удачный момент, когда Ганса окружили его сослуживцы, Варвара что-то зашептала на ухо Наталье. Та улыбнулась и пошла за ней. На некотором расстоянии за ними двинулась Марго.
Она понимала, что это глупо и ей надо находиться подальше от этого места, но ненависть сжигала ее, она должна сполна насладиться своей местью. А чего ей бояться? Правосудия?! Не смешите! Папа всех их купит.
Наталья была удивлена, когда эта розовощекая улыбающаяся девушка, с которой они познакомились еще на балу во дворце, пригласила ее в дамскую комнату, на которой висела вывеска «не работает».
— Ну, заходи, — нетерпеливо проговорила Варвара.
— Зачем? — озадаченно спросила Наталья.
— Как зачем?! Положено! Там, поди, или дружки жениха тебя красть будут, или твои подруги за тебя выкуп потребуют.
Наталья почему-то вдруг представила себе Алексея Белого с мешком наготове и громко рассмеялась. Дурацкие какие-то обычаи. Ну и пусть, раз положено. Сегодня она была счастлива как никогда. Подернулись дымкой жуткие события прошлого — потеря мужа, чьи останки в запаянном гробу она получила, когда дочке не было и семи месяцев отроду, годы вдовства и военные операции, когда сердце замирало не от страха умереть, а от ужаса, что дочь останется круглой сиротой.
Сейчас рядом был любимый мужчина, за спиной которого она чувствовала себя легко и радостно. Вместе с ним в придачу у нее появилась куча замечательных родственников. Штайнмайер-старший, получив вместе с невесткой еще и внучку, окончательно отошел от дел и целыми днями играл в усадьбе с Леночкой. Возил ее на аттракционы и в зоопарки, ревниво и нехотя отдавал девочку молодым, всегда приговаривая, что они-де воспитывать ребенка все равно не умеют и поэтому нечего ее и забирать…
— Робеешь? — Варвара по-своему истолковала замешательство Натальи.
— Моя сестра тоже робела, так жених за ее выкуп самородок платины в шесть кило отдал, год все свадьбу вспоминали. А давай вместе войдем?!
Праздник шел своей чередой, когда вдруг из дамской комнаты раздался приглушенный массивными дверями вскрик и собачий визг.
