Кроме того…
— Подожди. — Алексей взмахом руки остановил Арбитра. — Выходит, я даже с невестой своей не могу общаться?
— Исключено, — подтвердил Арбитр. — Но ты можешь ей передавать все, что сочтешь нужным, через своего слугу.
— Да катитесь вы со своей Игрой! — Белый сжал кулаки. — Играйте сами хоть в триктрак, хоть в покер на раздевание. Доставьте меня домой, и будем считать аудиенцию в высших сферах законченной.
— Но ты можешь помочь своей стране, своим друзьям…
— А я чем, по-вашему, занимаюсь? — Алексей вернул раструб гравидеструктора в зажим на боку скафандра.
— Только и делаю, что бегаю, прыгаю да стреляю.
— Еще один довод. Игра, как ты, возможно, догадываешься — циклический процесс. И скорее всего, с вероятностью в девяносто процентов, следующий период будет за сторонниками Таона. Это тот, кого ты так остроумно прикончил. И они постараются свести с тобой счеты.
— Ну, когда это еще будет… — Алексей махнул рукой.
— И с твоей страной.
На этот раз Алексей замолчал надолго.
— И что мне делать?
— Варианта два.
— Арбитр улыбнулся. — Или ты принимаешь статус Игрока, или идешь добывать наследие Ушедших. Наследник получит в свое распоряжение все то, что оставили ему отраны и сможет распоряжаться этим по своему усмотрению. Кроме того, поскольку Игра оканчивается с появлением Наследника, все Игроки теряют свой статус и все дополнительные возможности. Таким образом, их шансы навредить тебе или твоей стране становятся довольно малы. Но я все же рекомендую тебе первый вариант.
— Скажите, Арбитр, вам никто не говорил, что вы скотина и сволочь? — Алексей, медленно набухая от ярости, сжимал кулаки.
— Вы сейчас вот так запросто лишили меня всего. Моей жизни, чести, нормального будущего. Я не смогу быть со своей любимой женщиной и растить детей, все, кто мне дороги, останутся за барьером этой вашей Игры.
— Ты по воле судьбы приобрел уникальные возможности, а ведешь себя словно мальчишка, — спокойно произнес Арбитр. — Игра выше всей этой мельтешни, которую ты называешь своей жизнью.
Можешь вырастить себе сколько угодно красоток и делать с ними все, что посчитаешь возможным. Игра — это власть. Власть, которая выше президентов и императоров.
— Не нужна мне ваша власть! — Алексей глубоко вздохнул, гася ярость. — Мне нужна моя, пусть сумбурная и бестолковая, жизнь. Чтобы любимая женщина будила по утрам, а друзья приходили в мой дом. Так что берите власть себе, а мне оставьте мое. В конце концов, не хочу я играть ни в какие игры.
— Невозможно.
