Пересадив ее со своих колен обратно на диван, мужчина встал в полный рост, тщательно оправляя широкие манжеты своей белоснежной рубашки.
– Кажется, настало время моего самого любимого блюда. Десерт. – Опустив голос до предвкушающего шепота, с каверзной усмешкой произнес он. – Я схожу за ним сам.
Подойдя впритык к сидящей перед ним девушке, Моретти вновь приподнял ее подбородок, наградив одним из своих властных взглядов, которые зачастую предназначались для служебного персонала.
– А пока меня не будет, я хочу, чтобы ты сняла с себя это платье.
Округлив глаза от столь неожиданного пожелания, Микелина, казалось, напрочь лишилась голоса.
Снять платье… Здесь? Сейчас? Он это серьезно?
Заметив ее нерешительность, брови Моретти насмешливо изогнулись.
– Что, неужели столь грозная львица струсила в самый последний момент и решила расстроить своего любимого льва? Хотя, ведь, кажется, львы имеют целые прайды. Возможно, несчастному предводителю стоит обратиться к более опытной и раскрепощенной самке?
Грозно прищурившись, Микелина пронзила его острым, как нож, взглядом.
Внезапно голос Рикардо изменился. Сменив игривые нотки на нешуточный тон, он смерил ее своим пронзительным взглядом.
– Ты хочешь расстроить меня, сладость? Хочешь прекратить наш ужин?
Ее кипящая в венах кровь вмиг застыла. Едва подумав о такой безрадостной перспективе, Мике тотчас затрясла головой.
– Нет, синьор. – Поспешно отозвалась она. – Не хочу.
Нежно проведя костяшками пальцев по щеке темноволосой красавицы, Рикардо наклонился к ее лицу.
– Тогда сними платье. – Настойчиво прошептал он, вновь заставляя ее тело задрожать от безудержного желания.
Скрывшись за плотными занавесками, Моретти оставил обескураженную девушку в полном одиночестве."
"Да, такого ужина у нее точно никогда ещё не было.
Рядом с Рикардо всё было так необычно. Ново. Совершенно не так, как бывало с ней прежде. В одну секунду он заставлял ее тело дрожать от предвкушения их скорой близости. В другую – от своего сурового взгляда.
И совершенно неважно, что ожидает ее в следующий момент, ведь в глубине души она таила призрачную надежду, что он единственный, кто видит ее насквозь, не даст оступиться и не оставит, обязательно доведя начатое дело до конца.
Медленно поднявшись с дивана, Микелина осмотрелась. Все присутствующие в этом зале окна были плотно занавешены. Они действительно были одни, даже не смотря на то, что находились в центре самого популярного ресторана во всем Палермо.
