Заметив через распахнутую дверь прибирающегося камердинера, Микелина остановилась на пороге одной из спален.
– Захарий. – Громко позвала она, мгновенно придумав очередную уловку для своего вечно занятого босса.
Невинно улыбнувшись подошедшему к ней мужчине, миловидная гостья поспешила изъяснить свою небольшую просьбу:
– Мне очень нужно, чтобы ровно через тридцать минут и ни минутой позже вы подошли к синьору и объявили ему, что я нахожусь при смерти. – Заметив вмиг ошалевший взгляд вечно чопорного работника, Мике сдавленно усмехнулась.
– Ну, или, что я очень плохо себя чувствую.
– Вам плохо? – Осведомился не на шутку обеспокоенный мужчина. – Может быть, вызвать врача?
Прикусив губу, чтобы не рассмеяться, Микелина отрицательно покачала головой."
"– Нет-нет. Просто, мне сегодня пришла одна шляпка. – Приподняв коробку, пояснила она. – И синьор Моретти, как никогда, захотел взглянуть на нее одним из первых. Вот я и хочу сделать ему небольшой сюрприз. А чтобы он пришел как можно быстрее, нужно сказать именно так, как я попросила.
Вновь налепив на лицо миловидную улыбку, Микелина поспешно повернулась в сторону своей спальни.
– И ещё… – Вспомнив об одной маленькой детали, вдруг обернулась она. – Не могли бы вы прямо сейчас принести в мою комнату бутылку шампанского? Я бы хотела отметить с синьором свою покупку.
Почтительно кивнув, Захарий тотчас направился исполнять часть своего нового поручения.
– Не забудьте, нужно позвать синьора ровно через полчаса! – Громко проронила ему вслед девушка, после чего бегом кинулась к своей двери.
Забежав в просторную спальню, шаловливая проказница наспех заперлась в ванной комнате, в нетерпении открывая большую коробку. Едва ли не охнув от ее содержания, Мике осторожно прошлась подушечками пальцев по всевозможным товарам довольно смелого заказа.
Боже, она, должно быть, окончательно лишилась здравого рассудка, раз решилась на всё это. И все же…
Мельком вспомнив о времени, темноволосая девушка поспешно сбросила с себя верхнюю одежду, забежав в душевую кабину.
Ей нужно было хорошо подготовиться, чтобы осуществить ряд собственных фантазий. Прекрасно понимая, что вряд ли когда-либо ещё осмелится на подобный шаг с любым другим мужчиной, Мике храбро улыбнулась непристойным благовоспитанной синьорине мыслям. Сегодня она прекратит отрицать собственные порочные желания. Не станет сравнивать себя с матерью. И не будет рассуждать: что правильно, а что нет.
