– Раньше, когда мы с Риком встречались в Майами, он ещё не был таким известным бизнесменом, и за нами не гонялась по всему континенту неугомонная стая папарацци. Но теперь, признаюсь, вы нас поймали.
Оставшись довольным таким ответом, Пауло воодушевленно продолжил:
– Чем вы занимаетесь, мисс Хант?
– Я – гламурная модель. В основном мои съемки происходят для мужских журналов в одном лишь нижнем белье. Хотя... иногда и вовсе без него. – Без особого смущения спокойно прокомментировала она.
Мике ошеломленно моргнула.
Теперь неудивительно откуда у Моретти столь извращенные сексуальные амбиции. Пока он развлекался в Майами с девушками наподобие фривольной Хант, она в основном общалась лишь с теми друзьями, семьи которых одобрял ее строгий отец.
– Так вот откуда о вас узнал Моретти? – Послышался со стороны тихий смешок пожилого французского развратника.
Оливия вновь непринужденно рассмеялась.
– Не совсем. Дело в том, что я – наполовину итальянка. Моя мать когда-то жила в этой солнечной стране.
Мой дедушка – коренной итальянец, имел здесь свои поля и леса. Он был обычным фермером. Иногда любил охотиться. И когда мама все это рассказывала мне, я чувствовала, что-то родное, что-то призывающее меня к родным землям. А когда, чисто случайно, я узнала, что Рикардо приехал из здешних мест, то, не раздумывая, решила с ним познакомиться. И до сих пор не жалею об этом.
Мгновенно сделав общий снимок обнимающейся пары, Пауло удовлетворенно кивнул.
– Спасибо. Думаю, остальное мы обсудим на борту яхты.
Согласно кивнув, Рикардо любезно указал в направлении широкой лестницы.
– Путь к морю лежит через веранду на втором этаже.
Стиснув зубы от столь банальной истории мисс Хант, Микелина вместе со всеми последовала к указанному направлению.
– Выглядишь очень изящно. – Вскользь осмотрев изысканный наряд подруги, с легкой завистью в голосе проронила она. – А твоя прическа – вообще целое произведение искусства.
Ирис довольно улыбнулась, машинально поправив свои темно-красные, гофрированные волосы, которые, словно щупальца осьминога спиралью обрамляли ее голову, начиная от затылка и заканчивая свисающими у плеч пружинистыми локонами.
– Мой мастер убил на нее ровно три часа. Я уже думала, что опоздаю к выходу. – С тихим вздохом произнесла подруга. – А ты? Сколько длилась твоя церемония столь странного выбора сегодняшнего туалета?
Микелина мрачно усмехнулась.
Они с Ирис знали друг друга уже много лет.
