Пусть сидит там, может, выяснит, кто такой этот Макаров.
– У вас есть подходящий человек?
– Вы шутите? У меня людей – по пальцам перечесть. На неделю-другую я бы мог выделить человека, но не больше. И так работать некому.
– Хорошо, я пошлю своего.
– Кстати, раз уж мы сегодня встретились, давайте подведем баланс за пять месяцев. Учитывая средний уровень раскрываемости преступлений, мы можем позволить себе не более десяти нераскрытых убийств за год. Половину оставляем на сельские районы и непредвиденные случаи.
Ваш резерв – пять. Но это максимум, и то уже на грани риска. С учетом убийства Грушина остается четыре.
– Хорошо, сойдемся на трех, – кивнул Денисов. – Сейчас июль. Значит, до конца года в моем распоряжении осталось два случая. Один, если вы не забыли, я использовал в феврале.
– Не забыл.
На следующий день Эдуард Петрович Денисов лично нанес визит главному врачу санатория «Долина».
* * *Настя Каменская оторвалась от машинки, накинула на плечи куртку и, взяв сигарету, вышла на балкон.
Балкон был общим для двух номеров: Настиного – двухместного и соседнего – одноместного. Почти сразу балконная дверь одноместного номера открылась, на пороге возникла грузная пожилая женщина, опирающаяся на палку.
– Здравствуйте, – приветливо улыбнулась она, – мы с вами будем соседями. Меня зовут Регина Аркадьевна.
– Очень приятно. Анастасия, – представилась Настя, пожимая протянутую руку.
Старуха зябко поежилась.
– Я слышу, вы все время печатаете. Работа?
– Угу, – невнятно промычала Настя.
– Будете делать перерыв – заходите на чашку чая. У меня прекрасный английский чай. Зайдете?
– Спасибо, непременно.
Настя вернулась к детективной повести Эда Макбейна, твердо решив на чай к Регине Аркадьевне не идти. Повесть, которую она переводила, была небольшая, всего 170 страниц. Если задаться целью сделать всю работу за время пребывания в санатории, то норма должна быть 9 страниц в день. Настя переводила быстро, девять страниц она вполне успевала сделать во второй половине дня, после всех процедур.
Норму можно было даже сократить с учетом того, что после возвращения из санатория в Москву у нее останется еще тринадцать дней отпуска. Решение не идти в гости к соседке не было связано с нежеланием отрывать время от работы. Честно говоря, Настя боялась, что пожилая женщина может оказаться навязчивой и превратится в тяжкую обузу. «Мерзость какая, – подумала она, вставляя в машинку чистый лист, – у меня нет даже сострадания к старости.
