Если бы он слушал несколько разных звонков, я бы подумала, что он обыкновенный шантажист или даже любопытный дурак. Но то, что его интересовал только один-единственный телефон, многое объясняет. А с Исмаиловым еще проще. Я видела одну его работу, полнометражный фильм, записанный на видеопленку. Этого вполне достаточно, чтобы узнать «руку мастера». У него слишком яркая творческая индивидуальность, чтобы ее можно было случайно повторить. Весь смысл этой организации – в необыкновенно талантливых фильмах, порождающих у заинтересованного зрителя катарсис.
Правда, при этом, судя по всему, приходится убивать людей. Мне страшно делается при мысли, сколько убийств, настоящих убийств было снято на пленку, сколько спрятано трупов. Не будет фильмов – не будет и организации, повторить такое не сможет никто. Но ведь этот дьявольский замысел должен был родиться у кого-то в голове. Я думаю, этот кто-то и есть Макаров. Но я не знаю, кто он. Поэтому я и предлагаю вам ограничиться изъятием из общества только «верхушки», корневая система развалится сама.
Если же вы хотите достать всех, то арестовывайте Исмаилова и Уздечкина, возбуждайте дело и работайте по правилам, но уже без меня. Я не хочу находиться в вашем Городе ни одного лишнего дня. Мне, честно признаться, перестало здесь нравиться.
В кабинете повисло молчание. Настя допила вторую чашку кофе и обратилась к Старкову:
– Анатолий Владимирович, я взываю к вам как к человеку, более близкому к обсуждаемой проблеме. Если вы хотите выявить всех, вам придется еще очень долго скрывать труп Светланы Коломиец.
Вы это понимаете?
– Да, понимаю. Но не переоцениваете ли вы степень их осторожности? Точно ли вы уверены в том, что, узнав об убийстве Светланы и о возбуждении уголовного дела по данному факту, они немедленно оборвут все концы и залягут на дно? Может, вы преувеличиваете все-таки?
– Подумайте о том, что, если бы не Влад, это продолжалось бы еще много лет. Ведь они ни разу не попались, нигде не наследили настолько грубо, чтобы оказаться в поле зрения милиции.
Не считайте их глупее себя, Анатолий Владимирович, это опасное заблуждение. Поэтому я повторяю: либо утром вы официально оформляете труп Светланы, я знать не знаю и знать не хочу, как вы будете выкручиваться, и тогда утром же я вам скажу, кто такой Макаров. Если нет – тогда извините. Забирайте Уздечкина и Исмаилова, а Макарова вычисляйте сами. Третьего не дано.
– Анастасия, мне кажется, вы нарушаете наше соглашение, – мягко вступил Денисов.
