Игра на одевание

Под тяжелую, но щемяще протяжную музыку солистка с кукольным лицом печально пела о том, как королевский шут создал марионетку:

– Найти бы этого сказочника. – Брадвин с раздражением хлопнул дверью.

– Сейчас подытожим все, что у нас есть, и можно действовать, – выходя из машины, кивнул Гуров.

– Лев Иванович! Здравствуйте! – Он услышал знакомый голос за спиной. Ежась от вечернего холода, у шлагбаума в переулок, где находилось управление, стояла, зябко кутаясь в тонкое пальто, Анна Игоревна Миль.

– Какие люди, – закатил глаза Брадвин.

– Простите, – набрала воздух в легкие та, – ваше предложение о сотрудничестве еще в силе? Я готова сотрудничать. Чем я могу помочь?

– Ого! – Юдин тихо присвистнул.

Миль стояла в нерешительности, глядя на них.

– Будем рады помощи, – просто сказал Гуров.

– У меня только одна просьба…

– Начинается, – прокомментировал Брадвин устало.

– Что вы хотите? – серьезно спросил Гуров.

– Гриша Долгов, – отчаянно произнесла она. – Мне сказали: он арестован. Поверьте, он бы не смог причинить Саше или кому-то еще зла.

– Если б так знать про всех, то и нас не надо, – съязвил Брадвин.

– Он не подходит под профиль преступника, – успокоил Миль Гуров. – Слишком молод.

– Его опросят и отпустят, – присоединился к нему Юдин.

– Может, не будем обсуждать резонансное дело напротив самой популярной в городе остановки? – поинтересовался Брадвин. – А то не удивлюсь, если откуда-нибудь выползет эта вездесущая гангрена Корсарова.

– Виктор Павлович, здесь прятаться негде, – развел руками Юдин.

– Эта найдет! Будет следить издали. За камушками ползти. За кустами. – Брадвин потер озябшие руки. – Давайте-ка по чайку.

Они дошли до конца обшарпанного мятного коридора на последнем этаже. У мягкой лавки с потрескавшейся обивкой, как в музыкальных школах, стоял лом. «Символично», – мелькнуло в голове у Миль.

Она вошла в казенную комнату, сплошь заваленную пухлыми папками с неровно вложенными листами, книгами по криминалистике и DVD-дисками. На столе в фоторамке стояла распечатанная из Интернета фотография усатого насупленного мужчины с умным и властным лицом.

– Это Исса Костоев? – поразилась Миль.

– Удивлен, что вы его знаете. – Брадвин немного смутился.

– А есть те, кто никогда не видел документалистики про Чикатило? – Анна отдала пальто подоспевшему Юдину, села в кресло.

– Вот он, например. – Брадвин кивнул на сотрудника, шедшего с чайником по коридору. Тот перестал греть уши, смутился и вышел. – Сейчас мало кто знает классику.