Игра на одевание

Он достал из кармана распечатанные фото Аллы и Кати.

– А вот московская жертва Остряка – Ольга Воронова.

Он показал на телефоне фото Ольги из ролика Филина. Оно сразу оказалось в топе поисковых запросов «Яндекса», как только попало в блог.

Миль явно задержалась на нем взглядом гораздо дольше.

– Да. Лев Иванович… Настоящая семиотическая система, будь то письмо Зодиака, костюмы и грим Гейси или то, что делает ваш Остряк, куда сложнее языковой игры, которой я занимаюсь. Сравните диалоги у Шекспира или в анимационном фильме «Монстры на каникулах».

За вечернее выступление, – она кивнула на афишу, – мне просто заплатили. Можете прийти на лекцию и откроете все, что я знаю о маньяках, за полтора часа. Вникать глубже я не собираюсь. Вы же не станете специалистом по древнеегипетскому языку, если прочтете внучке определение иероглифа из параграфа в учебнике истории за шестой класс.

– У меня нет внуков.

Она действительно казалась смущенной.

– Знаете, если бы у меня были внуки, я бы хотел растить их в мире, где родные Кати Мельниковой не ждут возможности похоронить дочь, пока с ней не закончит работать судмедэксперт.

– Вы серьезно? – Миль смотрела с презрением. – Манипулируете ради своей выгоды горем Мельниковых? Может, в кино это и работает. Но не здесь. Не с лингвистом, который изучает человеческую речь.

Гуров покачал головой:

– Анна Игоревна, мне как раз нужен лингвист, который расшифрует почерк маньяка. Выделив его черты, мы будем находить все более и более ранних жертв Остряка, пока не дойдем до нулевой.

Она важна, потому что обычно принадлежит к кругу знакомых преступников.

– Как в «Молчании ягнят»? Та, которую он каждый день желает и видит?

– Иными словами, работа с вами будет означать такое глубокое погружение в знаковую систему и мировоззрение Остряка, что мне понадобится психологическая помощь. Вы готовы ее обеспечить? Выплатить гонорар, достаточный для оплаты продолжительной психотерапии, антидепрессантов, йоги, пилатеса или любой другой чертовщины по утрам? А что, если о моем участии в расследовании станет известно и мне придется заботиться о безопасности своей семьи? Я мать-одиночка.

Моя мать живет со мной после развода, ей уже шестьдесят пять лет.

– Эти кольцо и крест, – он показал ей фото украшения на шее Аллы Сосновской, – убийца намеренно оставил на теле последней жертвы. Вместе они образуют знак Зодиака. Так я и попал на вашу лекцию.

– Может быть совпадением. – Миль посмотрела с вызовом.

– Таких совпадений не бывает.