А я его вычислила, понимаешь? И генерал это понял сразу. Ты что же, думаешь, что наша «Семёрка» просто так его упустила из виду? Нет, Мишенька, что бы ты ни говорил, там ребятки работают высшего класса, и такое головотяпство возможно только по прямому и письменному приказу Тарасова.
— Ты что несёшь? Как он мог нас так подставить? И с кем, по его мнению, я должен осуществлять задержание этого монстра? С тобой, что ли? Да ты без году неделя в отделе, и в оперативных делах, извини, пока сущий младенец! Нет, я немедленно запрошу связь с генералом и спрошу его прямо: как он себе всё это представляет.
Они немцев, значит, прошляпили, а отдуваться нам с тобой. А, точнее, — мне.
— Сомневаюсь, что тебе сейчас удастся с ним поговорить. Подсадным уткам связь не положена, тем более по «Росе». Так что, хочешь ты этого или нет, а просчитала его я и брать его за жабры тоже буду я. Так что он — мой! Всё, я отправляюсь спать. Разговор окончен. А ты, пожалуйста, постарайся не проспать. Держись меня, дурачок, и прыгнешь мимо подполковника, сразу в полкаши.
— Совсем рехнулась баба, — только и сумел пробурчать Суходольский, отвернувшись к костру.
Смоленская область, август 1941
В землянке командира партизанского отряда было, несмотря на тёплую погоду, натоплено, поэтому сырости почти не ощущалось. Однако Гудкова бил такой сильный озноб, что даже стакан ядрёной самогонки, спешно принесённый по настоянию комиссара отряда Рыбникова, не унял дрожь во всём теле. Они попали в распоряжение особого партизанского отряда «Дед» случайно, наткнувшись возле железнодорожного полотна на возвращавшихся с задания подрывников Ивана и Матвея.
Они и привели малочисленный отряд Гудкова в расположение партизан.
После пятиминутного разговора с комиссаром отряда, бывшим вторым секретарём Смоленского горкома партии Рыбниковым, хорошо знавшим Гудкова ещё до войны, их не стали долго мурыжить вопросами, а просто зачислили в штат отряда и поставили на довольствие. Гудкова же после осмотра врача хотели уложить в имевшийся при отряде небольшой госпиталь, но майор настоятельно попросил сначала обеспечить ему срочную связь с Большой землёй.
— Да пойми ты, Сергей Владимирович, связь будет только послезавтра. Ждём самолёт с Большой земли. Он должен доставить новую рацию и батареи. Наш передатчик вчера во время миномётного обстрела разбило. Ну что я тебе как маленькому всё объясняю. Ложись, отдохни, выспись, наконец. Потерпит твой доклад до завтрашнего вечера. Всё равно пока ничего сделать нельзя.
