— Тем более! — Мой голос предательски задрожал и едва не сорвался на противный фальцет. Я до боли в костяшках сжала кулаки. — Тогда я точно никуда не выйду!
— Прошу вас! — Седрик неожиданно поднял измученные, покрасневшие от долгого бодрствования глаза на Себастьяна. — Пусть она уйдет.
— Нет, — жестко обронил тот. — Я не люблю тайн. И придерживаюсь мнения, что ни от кого нельзя скрывать правды, какой бы неприглядной она ни была. Даже если речь пойдет о чем-то личном, если я верно понял намеки ваших товарищей.
— После чего повернул голову к Кайлу и скомандовал: — Начинайте!
И Кайл повиновался. По мере его рассказа мои брови все выше и выше поднимались на лоб. Теперь стало понятно, почему мне ничего не рассказали про откровения Мизерда, данные во время второго допроса, устроенного призраку Седриком. Потому как все это напрямую касалось меня. Точнее, не меня, а моей семьи, но это сути практически не меняло.
По словам Кайла, племянник Флавия признался им в том, что его могущественный и знатный родственник занялся весьма опасной игрой.
Это он, а не его якобы загадочная любовница, копировал важные государственные документы. Точнее, не копировал, а вносил в них определенные изменения. Речь в данном случае не шла об измене. Все это касалось контрабанды гриадия — редчайшего минерала, используемого в производстве кристаллов связи. Флавий менял количество добычи, разницу присваивая себе. Дело в том, что Итаррия обладала одним из крупнейших месторождений этого камня. Нет, и у Ольгестии, и у Прерисии были собственные рудники по добыче гриадия, но они не удовлетворяли и десятой доли потребности этих стран.
А Флавий со своим племянником организовал собственный и весьма неплохой канал продажи драгоценного минерала соседним государствам. Но, понятное дело, им требовалось заручиться поддержкой со стороны и других родов. Необходимы были суда для перевозки украденного, необходимо было, чтобы кое-кто закрыл глаза на разницу в планируемой добыче и итоговой, необходимо было заручиться лояльностью пограничной крепости Альстон, стоящей на берегу Среднего моря, через которое и шла переправка гриадия.
И Флавий придумал, как ему казалось, беспроигрышный вариант. Каждое знатное семейство боится быть вовлечённым в грязный скандал, связанный с поруганной честью. Поэтому камергер его величества — красивый, статный мужчина — решил воспользоваться древним как сам мир способом. Он соблазнял дочерей предполагаемых союзников в деле о контрабанде гриадия.
