Игра не для слабых: Наемник

Если заподозрит, что мы в этом поучаствовали.

Дальше некоторое время шли молча. Дорога до предместий оказалась совсем недолгой. В конце-концов сама пристань, на которой Морро держал груз располагалась не так уж далеко от города. И уж совсем нельзя сказать, что она была хорошо спрятана от посторонних глаз. Видать Морро не особо то боялся за свой груз? Был уверен в своих головорезах? Сомневаюсь. Конечно почти два десятка парней это более чем надёжная защита, но… У городской стражи людей куда больше, и перерезать защитников груза они могли в лёгкую, пускай и рискуя своими шкурами.

Очевидно, тут было нечто другое. Он рассчитывал, что местные власти просто не посмеют его тронуть, а головорезы должны были охранять груз от воров и случайных зевак. Иначе говоря у него были очень влиятельные друзья. И кто же мог напасть на такого человека? Либо совсем отбитый идиот, которым оказался я. Либо человек с не менее влиятельными друзьями. Капитан. А между ними — мы. И мы будем ещё большими идиотами, если нападём на кого-то из них. Придётся выбрать сторону. Выбрать, попытаться к ней примкнуть и выжить после её победы или поражения.

Зараза. Лучшеб мы вообще не приезжали в этот проклятый город. Всё, что мы тут делаем с тех пор, как прибыли — пытаемся выжить и найти проход внутрь. И то, эти попытки доставили нам лишь беды. Страшно представить, что тогда ждёт нас внутри стен.

Вокруг уже тянулись предместья. Хлипкие разваливающиеся хаты, сменяли одна другую, проплывая по бокам от расхлябанной просёлочной дороги.

Изредка навстречу попадались одинокие тощие крестьяне, брёдшие куда-то к лесу. Один раз среди них я натолкнулся взглядом на прокажённого. Всю верхнюю часть его лица покрыли ужасные, кровавые волдыри. Здоровые, уродливые красные пузыри превратили его голову в бесформенную шевелящуюся массу, оставив свободными лишь рот, подбородок и кусок носа. Бедолага хрипел и то и дело спотыкался, заплетаясь в собственных ногах. Остальные сторонились его, и старались уйти с улицы, как только он проходил мимо них. Пару раз в несчастного летели камни. Они попали ему в голову и несколько кровавых волдырей лопнуло. Сукровица потекла на серую, истрепавшуюся рубаху.

— Нужно уходить, — дёрнул меня за плечо Роберт, — Скоро тут будет не продохнуть от клириков ордена.

— И какого же хрена их сюда принесёт?

— Такого, — прошипел Бард, — Тут прокажённый. Больной пепельной хворью. Они придут его убивать.