Игра не для слабых: Наемник

Зараза, хоть не зря взяли.

Мне даже на несколько секунд стало жаль Роберта. Правда от одной мысли о том, в какое дерьмо нас втянул этот засранец, вся жалость моментально улетучилась. По хорошему мы сами должны были отдать его тем бандитам и пусть бы он сам с ними разбирался. А сейчас из-за его выходки они переворачивают вверх дном все предместья, пытаясь найти нас.

— Пойдем, — кивнул мне Вернон, — Хоть посмотрим, что охранять будем.

По большому счёту смотреть было особо не на что. Сараи, как сараи. С тяжелыми амбарными засовами, толстыми стенами и скошенными крышами.

Судя по доносящемуся хрюканью, свиней на ночь загнали внутрь. Оно и к лучшему — хоть под ногами путаться не будут. Да и спереть их будет куда труднее.

— Это самая скучная работа из тех, которую мне доводилось делать, — не выдержал Вернон, когда мы пошли на третий круг, — Зараза, да лучшеб мы снова со стригоем или трупоедами схватились. Всё было бы веселее. А тут… Мы какие-то свинопасы, а не наёмники.

— Я бы не назвал схватку со стригоем весёлым занятием, — покачал головой я, — много народу тогда погибло.

А тут… — в этот момент мой сапог погрузился в кучу чего-то мягкого. Судя по поднявшейся вони, не трудно было догадаться, что именно это было, — Зараза. Тьфу блин.

— Во-во, — хмыкнул парень, наблюдая за тем, как я пытаюсь отряхнуть ботинок, — Говорюж, дерьмо, а не работа.

— Нормальная, — сплюнул я, — Шкурой рисковать не надо, деньги платят хорошие. Платят просто за то, что мы тут побудем некоторое время.

— Ну да.

Ты это Роберту расскажи, — гоготнул Вернон, прислушиваясь к ругани Тура, раскатывавшейся по всей округе.

— Как я буду это чистить? — возмущался бард.

— Берёшь вилы в руки и чистишь! — басил в ответ здоровяк, — Вот так-вот быстро надо чистить. Раз-раз-раз-раз.

— У тебя замечательно получается. Может, ты сам это говно почистишь?

Мда уж. У них там, как я погляжу, своя атмосфера. Интересно, оно случайно получилось настолько похоже на один… очень специфический фильм, или это было вмешательство свыше?

— И последние, станут первыми, — хмыкнул я.

— Чего? — недоуменно уставился на меня Вернон.

— Да, был у нас такой философ. Вывел теорию, что рано или поздно крестьяне избавятся от королей и станут править сами.

— Это как? Все сразу?

— Ну… — я замялся. Фактически всё, что мне было известно о Марксистской теории — вот эта фраза и ещё несколько довольно странных и немного абсурдных лозунгов про всеобщее равенство, — Им просто не нужны будут короли.