Онлайн-библиотека книг
Много. Не меньше двух дюжин. Но они почему-то не спешили приближаться к своим основным силам. Вместо этого разбились на три отряда. Два начали огибать увлечённых сражением бойцов по широкой дуге, заходя им во фланги. Третий же, самый крупный из всех выдвинулся прямо в тыл.
Нежить повалила бойца. Придавила к земле. Начала грызть кольчугу на руках. Пытаться сорвать шлем и горжет, чтобы добраться до горла. Длилось это не больше секунды. В следующий миг стоявшие рядом с ним солдаты сделали два шага вперёд. Развернулись, образовав полукольцо и несколькими точными ударами копий проткнули мертвякам рёбра.
— Всё… — позади нас послышался сдавленный голос Вернона, — Больше тут ничего не сделать.
Парень стоял на коленях, упираясь руками в пол. С кончика его носа на тёмные, покрытые толстым слоем пыли плиты капала кровь. Заклинание отняло у лекаря много сил. И всё-таки это снова был человек. С бледной кожей, тёмными кругами под глазами, изможденный и вымотанный он больше не напоминал хищную и очень опасную тварь, каким-то чудом вырвавшуюся с того света.
— А больше и не нужно, — ответил Алвур, — Смо…
Договорить он уже не успел. Вечернюю тишину, на несколько мгновений повисшую над полем бое прорезал крик нескольких десятков глоток.
«Очищение в жертве!» — заорали солдаты, обступившие потрёпанный отряд врага с трёх сторон. И бросились в атаку. Вновь раздались щелчки арбалетов. Зазвенела сталь. А вслед за ней послышались крики раненных и стоны умирающих бойцов.
— Мать твою, орден, — воскликнул Одрик, — Святоши!
— Они то что тут делают, — сплюнул Алвур вновь натягивая тетиву своего арбалета, — Уж не по наши ли…
— По наши, по наши, — перебил его я, убирая кацбальгер обратно в ножны, — Только не души.
— С чего бы, — устало бросил Вернон, подходя к нам. Парень всё ещё был бледен, словно смерть, но быстро приходил в себя. Взгляд становился осмысленным, речь — более связной.
— Скоро узнаем, — пожал плечами я, окидывая взглядом поле боя.
Схватка быстро стихала. Солдаты врага не заметили подошедших со спины святош. Не успели перестроиться и оказать хоть сколько-нибудь серьёзного сопротивления.
