— Нас Бернард поставил стеречь тыл бандитов, — ответила она, — Сказал мол, когда начнётся штурм, часть разбойников может рвануть в противоположную от удара сторону ища спасения. Нашей задачей было не выпускать их и не давать разбегаться. Проще говоря расстрелять всех, кто пытается улизнуть. У некоторых девочек дрогнула рука. Они так и не смогли нажать на спусковую скобу. Стрелять по мишеням это одно, но вот убить человека…
— Это совсем другое. Я понимаю.
— Иные напротив, проявили излишнее рвение, — продолжила Айлин, — Не дождавшись приказа принялись добивать подстреленных бандитов.
Так, будто у девочек были к ним какие-то личные счёты. А то и вовсе — ко всем мужикам.
— Учитывая их предыдущий род деятельности — ни разу не удивлён, — я пожал плечами, — Уж не знаю, что подтолкнуло их на эту стезю, но за время работы обид должно было накопиться изрядно. Пусть уж лучше вымещают свою злость на врагах, чем на наших ребятах.
— Я вообще не понимаю, как можно спать с нелюбимым мужчиной, пусть даже и за деньги, — девушка покачала головой, — Беды с головой там должны быть преизрядные.
И боюсь, они ещё выйдут нам боком, рано или поздно, — она ненадолго замолчала, затем всё-таки закончила мысль, — Я хотела сохранить хотя-бы парочку пленных. Думала, они могут понадобиться тебе для допроса. Но не сразу сообразила, что происходит. А когда сориентировалась — им уже вскрыли глотки. Собирались ещё и причиндалы отрезать, как трофейные, но тут я уже успела их одёрнуть.
Мда… С дисциплиной там и правда проблемы.
Впрочем, чего ещё можно было ожидать? Подразделение создано меньше двух недель назад. Для них это всего-лишь второй бой, да и то, в качестве вспомогательной силы. У Айлин пока просто не хватает опыта, чтобы быстро оценивать ситуацию и вовремя одёргивать зарывающихся.
— Вероятно тебе пока ещё недостаёт авторитета среди подчинённых, — ответил я, — Тебя бояться, но для того, чтобы беспрекословно слушались этого всё-таки мало. Должны ещё и уважать. Тут поможет только время.
Время и опыт, — я на мгновение замялся, пытаясь получше сформулировать свою мысль. Сложно передать тот опыт, который не можешь облечь в слова. Знаешь, как это работает, инстинктивно чувствуешь, а сказать не можешь, — Почаще демонстрируй разумность своих решений. Постарайся не перегибать палку с наказаниями за ослушание. Они должны быть, но они должны быть справедливыми. Чтобы провинившийся чётко понимал за что он получил, и не подумал, что ты за что-то ему мстишь.
