Вернулся к нам и поставил её перед нами на стол, — Но потом до охотников дошло, что лучше всего энергию впитывают металлы, — продолжил он, возясь с нехитрым замком, — Они и свойства сохраняют дольше, и самое главное, от типа металла зависит то, какие именно особенности получит диковина, — замок, наконец, поддался. Крышка со скрипом открылась, и над шкатулкой повисла небольшая сфера. Внутри она была полой, а её наружную стенку покрывал, замысловатый вырезанный рисунок. Вокруг металла подрагивало едва заметное оранжевое свечение.
— Впечатляет, — Айлин потянулась было к сфере, но Корвин жестом её остановил.
— Не стоит, — пояснил генерал, — Она, конечно, снимает усталость на ближайший день, но вот потом придётся расплачиваться. Несколько суток будешь валяться, как варёный омуль.
Девушка отдёрнула руку, а генерал закрыл крышку обратно.
— Поначалу мы пытались помешать этим говнюкам шастать в урочище и обратно, — продолжал рассказ Корвин, — В конце концов нас прислали сюда с приказом, никого не впускать и ничего не выпускать из урочища.
Но очень быстро поняли, что у нас едва хватает сил сдерживать тварей, которые лезут оттуда. А вскоре оборвалось снабжение из столицы. Так что теперь, мы просто берём с охотников плату за защиту и долю от добычи.
— Странно, что эти самые диковины нам не попадались раньше у торговцев, — покачал головой я, — И чем они вообще отличаются от обычных зачарованных вещей? Ну, кроме того, что зачарованные вещи могут работать веками, а у этих со временем кончается энергия.
— И много вам таких попадалось? — ухмыльнулся Корвин, — Реликвии — исчезающее наследие ушедшей эпохи. В прежние времена, говорят, на подобное способны были лишь несколько чародеев. Сейчас же, стараниями ордена, таких не осталось вообще. А тут… — генерал обвёл рукой комнату, явно желая продемонстрировать окрестности, — Такую сотворить может любой дурак. Конечно, ему потребуется ловкость и немалая доля удачи, но всё-таки. Что же касается вашего вопроса — большая часть диковин отправлялась с караванами к Вороньей скале.
И знать щедро платила за них.
— Вот только теперь караваны не приходят, а денег на то, чтобы платить солдатам жалованье, становится всё меньше, — заметил я. И судя, по моментально помрачневшему лицу генерала, попал в точку.
— Солдат становится всё меньше, — покачал головой Корвин, — Многие не выдерживают службы здесь и пытаются дезертировать. Некоторых мы ловим и показательно казним. Но далеко не всех это останавливает.
