– Или, может быть, Александр Григорьевич, вы теперь уже полный генерал?
Он знал, что на самом деле ему сейчас следовало оперативно решать вопрос, не попробовать ли взять этого главнокомандующего в заложники. Он знал, что генерал был далеко не дурак в рукопашной, однако надеялся скрутить его один на один… Но вместо этого – вот глупость человеческая – в голове упорно крутилось, успеет или не успеет он теперь в «Русский двор» до закрытия. И на чём, собственно, будет добираться до припаркованного чёрт-те где «Мерседеса».
– Ишь ты, глаз-алмаз! Узнал, – кивнул в ответ генерал. – Только я уже всё, того. В отставке. Вне игры.
«Ну да, как же, знаем мы твою отставку. Отставных генералов ГРУ в природе не бывает. Ты небось сейчас командуешь какой-нибудь охранной фирмой, которая на самом деле – подразделение ГРУ. И плевать, что внештатное. Люди, вооружение, оснащение, подготовка – всё родное, оттуда. Таких дел натворить можно! И ведь творят…»
Вслух он сказал:
– Да я тоже не капитан. Давно уже.
Работаю себе в народном хозяйстве…
– Знаем, знаем, КПД у тебя что надо. – Александр Григорьевич усмехнулся, язвительно кивнул и вытащил из стола папку. – Вот она, твоя работа, причем ведь не вся… Сорок восемь эпизодов. Криминальный авторитет Гнус, вор в законе Попандопуло, лидер какой-то там фракции Кац, депутаты Глотов и Вырвиглаз, гендиректор «Сибнефти»…
Как, Семён Богданович, о каждом по отдельности поговорим или обо всех оптом?
«„Семён Богданович“, – отметил Песцов. – Это кое-что значит…»
– Что касается эпизодов, – он пожал плечами и кивнул на генеральскую папку, – которых действительно гораздо больше, это всё ведь фигня.
Сплошные домыслы, сплетни и кривотолки. Не думаю, товарищ генерал… – «товарищ генерал» был пробным шаром, гневной отповеди в стиле «тамбовский волк тебе товарищ» не последовало, и Песцов продолжал: – …чтобы у вас были реальные доказательства, так что давайте перейдём к существу. Я ж понятливый, я с вашей конторой ругаться никак не хочу.
Мне б от старости помереть…
– Уговорил, перейдём к существу, – глянул с одобрением Александр Григорьевич. – Только вначале, Семён Богданович, у меня будет к тебе приватный вопрос.
«Ну?..»
– Почему ты берёшься не за все контракты? За Кабаневского ведь тебе какую сумму давали. А ещё за Миловидова, Гакеля, Сытина, Орлова… Всё одно ведь их пришлось присыпать потом?
Песцов в очередной раз пришёл к скорбному выводу, что тягаться с системой невозможно.
