Игра

Я отлично целуюсь. – Она взглядом бросает мне вызов.

– Она отлично целуется, – признаю я.

Она широко мне улыбается.

– Хочешь повторить?.. – предлагает она.

– Не-а.

Конор фыркает.

– Черт, чувак, ты не очень хорошо действуешь на женскую самооценку.

– Поверь мне, с ее самооценкой все в порядке.

– Да, – подтверждает Деми. – Я абсолютно уверена в своей офигенности.

– Да? – Конор приобнял ее одной рукой и теперь кончиками пальцев другой руки дразняще гладит ее голое бедро.

Несмотря на длинные рукава, черное платье Деми неприлично короткое.

Я не помню, чтобы оно было на ней на игре. Когда она успела переодеться? Мне становится трудно дышать. Я недостаточно для этого пьян. И я точно недостаточно пьян, чтобы видеть, как рука Кона скользит вверх, остановившись костяшками на правой груди Деми, и поднимается к шее, которую он тоже начинает гладить.

У нее сбивается дыхание.

– Ты меня только что полапал?

– Нет. – Он непристойно ей улыбается, держа язык между зубами.

– Ты потрогал мою сиську.

– Да, потрогал, а не почувствовал.

– Это одно и то же. Да, Хантер?

Я не отвечаю. Мой рот полностью высушен. Я вспоминаю, как целовался с ней в клубе в Бостоне, как ужасно я хотел накрыть ее грудь обеими ладонями, провести большими пальцами по соскам, пока они не станут тверже льдинок. Но мы были на людях, и я этого не сделал. Я не могу такое сделать даже наедине."

"Может быть, наблюдение за тем, как это делает Конор, принесет мне хоть какое-то удовлетворение? Бывает пассивное лапанье сисек?

Но Кон уже переключил внимание с идеальной груди Деми.

Он наклоняет голову, и Деми пищит от удивления.

Я напрягаюсь, когда вижу, как его светловолосая голова утыкается ей в шею. А она, наоборот, смягчается, как теплое масло. Ее тело практически тает рядом с Коном, и она даже наклоняет голову, еще больше открывая ему свою шею.

Дышать больше не трудно – это невозможно. Ревность ровными ударами стучит в моей крови. Как и возбуждение. Я должен как можно быстрее встать и уйти. Любое промедление – пытка.

Но моя задница остается приклеенной к диванной подушке.

Конор поднимает голову с тяжелыми от желания веками.

– Я хочу тебя поцеловать, – шепчет он Деми, которая глубоко вдыхает.

Я обхватываю колено пальцами, чтобы они не сомкнулись в кулак.

Кон бросает на меня быстрый взгляд, подмигивает и приближает свои губы к губам Деми.

Мать твою.

Она принимает поцелуй, раскрывая для него губы, и я чуть не матерюсь вслух, когда вижу, как его язык проникает ей в рот.

Я сжимаю зубы.