Игра

Они имеют привычку притворяться глубоко ранимыми, если я не млею от их подарков.

Хантер пишет, что подъехал к особняку, и я не удивляюсь, когда вижу блестящий черный Лендровер, припаркованный на подъездной дорожке. Я сажусь на пассажирское сиденье, обшитое безупречной кожей.

– Привет, – говорит он. На нем черно-желтая футболка, а темные волосы прилизаны назад.

– На тебе гель для волос?

– На тебе огромные серьги-кольца?

– Я первая спросила.

– Да, на мне гель.

– Твоя голова сверкает.

– Да, но, по крайней мере, все остается на месте.

Когда я смотрю хоккей вживую, я нервничаю и ворошу пальцами волосы так, что они начинают на хрен выпадать, и я понял, что гель это предотвращает. Твоя очередь.

– Что «моя очередь»?

– Кольца, Семя. Я смог бы просунуть всю свою блестящую голову через один из этих монстров. – Он слегка хмыкает. – Видимо, можно вывезти девушку из Майами, но Майами из девушки вывезти нельзя?

– Нет. Я презираю эти серьги. Это больше стиль моей мамы, – признаюсь я. – Она обожает большие кольца и верит, что все должны одеваться и носить аксессуары так же, как она.

Но я предпочитаю крошечные гвоздики: нет риска, что они за что-то зацепятся и оторвут мне ухо, оставив кровавую дыру на боку головы.

– Какой циничный взгляд на кольца.

– Они угроза безопасности. Я настаиваю на этом.

– То есть ты притворяешься, что они тебе нравятся, чтобы удовлетворить мамочку с папочкой? – дразнит он меня.

Я сержусь, но только слегка, потому что в этом есть доля правды. Особенно в том, что касается папочки.

Мой отец – пугающий человек. Такие люди настолько впечатляющие, что ты сразу хочешь впечатлить их в ответ.

– Почему Нико тебя не подвез? – внезапно спрашивает Хантер, и в его голосе звучат странные нотки.

Утром он тоже говорил с такой же интонацией. Каждый раз, когда я шептала ему что-то во время лекции Эндрюс, он отвечал странным тоном и избегал моего взгляда.

Я смотрю на него, но он сфокусирован на дороге, и его лицо ничего не выражает.

– Нико сегодня работает.

– Люди переезжают по ночам?

– Иногда да. И за ночные выезды он больше получает.

– «Ночные выезды» немного похоже на название порно.

– Мне кажется, есть такая песня, – говорю я, пытаясь вспомнить. – Хотя я могу быть неправа. В общем, после шести ему платят в полтора раза больше, поэтому, если появляется что-то позднее, он за это берется.

– Звучит разумно, – кивает Хантер. Следует несколько секунд неловкого молчания. С нами такое впервые.