Игра Подсказчика

Когда жертвы впадают в панику, ими почти невозможно управлять. Многие насильники-убийцы позволяют жертвам одеться, чтобы те поверили, будто их отпустят. И, попавшись на такую уловку, успокоились.

– Мы этого не знаем, – проговорила она уклончиво. – Я хочу, чтобы вы внимательно кое-что осмотрели.

– Ладно, – согласилась девушка.

Мила встала с места, взяла чемодан и положила его на стол. Потом откинула крышку, открыв содержимое. Молоток, вероятное орудие преступления, Бериш положил в пакет для вещественных доказательств и забрал с собой.

– Я прошу вас покопаться в этих вещах и сказать мне, не кажется ли вам, что здесь чего-нибудь не хватает.

– В каком смысле? – удивилась Лаура.

– Думаю, вам знакомы привычки Розы, так что вы сможете сообщить, не отсутствует ли в чемодане какое-то платье, какой-то предмет, которые ваша мать никогда бы не забыла захватить с собой.

Мила все еще верила в теорию буриданова осла, то есть в то, что убийца мог, даже ценой того, что его обнаружат, прихватить «сувенир», чтобы наедине с собой еще и еще раз переживать убийство.

Девушка принялась робко перебирать вещи, было очевидно, что ей это нелегко, но Мила не могла обойтись без ее помощи. Лаура вынимала предмет за предметом и выкладывала на стол, мысленно составляя опись. Когда закончила, нашла ответ.

– Не хватает духов, – заявила она. – Роза ими пользовалась всю жизнь.

Мила вспомнила коллекцию флакончиков из голубого хрусталя на столике в ее квартире.

– Еще как: для нее это было очень важно. Она не уставала повторять: «Когда я иду по улице или захожу в комнату, все должны об этом знать». – Потом припомнила: – Она всегда носила флакончик в сумке, даже однажды оставила здесь, в нашем личном туалете – пойду принесу.

– Не стоит труда, – пыталась остановить ее Мила, но Лаура уже сорвалась с места.

И вернулась вся в слезах, с хрустальным флакончиком.

– Не могу, мне не вынести этого, – твердила она, рыдая.

Мила могла бы сказать, что ей очень жаль, что она сочувствует, но это бы не было правдой.

– Никто не заставляет вас это делать, Лаура. Мы все имеем право на то, чтобы испытывать боль, – только и смогла она произнести.

Хотела бы она сама научиться болеть душой.

Ей ничего другого не оставалось, как только сложить вещи в чемодан и удалиться. И она принялась за дело, стараясь не замечать плача девушки.

Но тут резкий звук заставил ее вздрогнуть.