Игра Подсказчика

Во имя этого чудовищного союза он, подобно Карлу Андерсону, уничтожил плоть от плоти своей.

После резни на ферме Паскаль выдал Моргана анонимным звонком, чтобы до него самого не добралась полиция.

Мила среди ночи вела «хендай», отчаянно пытаясь найти во всем этом смысл. Он нас обманул. Обманул меня.

Олень вышел на шоссе из леса, и время внезапно замедлило свой ход. Мила потеряла контроль над машиной и на какой-то миг встретилась взглядом с благородным зверем: это тот же олень, что забрел к ней в кухню в день похищения Алисы, или галлюцинация, вызванная «Слезой ангела»?

Она не успела найти ответ, ибо «хендай» перевернулся, вылетел на обочину, перелетел через канаву и врезался в дерево.

Раздался оглушительный грохот, но потом только мотор постукивал, еле слышный сквозь шум дождя.

Мила повисла вниз головой, с трудом оставаясь в сознании. Она ударилась лицом о что-то твердое. Нечто густое, вязкое стекало по лбу, смешиваясь с каплями дождя, затекавшими в разбитое вдребезги ветровое стекло.

Наверняка на голове рана. Еще она ощутила какую-то пульсацию сразу под грудиной. Приподнялась, чтобы посмотреть, и у нее сперло дыхание. Рулевая колонка вонзилась в живот, из дыры вытекала толчками черноватая жидкость – кровь, смешанная с желчью. Дрожащими руками она попыталась закрыть рану, но тщетно.

В этом диком, пустынном месте Мила не знала, у кого просить помощи. Паника охватила ее, и она заплакала, поняв, что скоро умрет. Слезы смешивались с кровавыми сгустками, слизью и струями дождя.

Много раз за все эти годы Мила приближалась к последней черте, но сейчас была уверена, что уходит во тьму, тайный зов которой слышала всегда.

Она подумала об Алисе, о том, что девочка останется одна. Она, мать, не сумела как следует оценить единственный дар, какой преподнесла ей жизнь. И Мила прокляла себя – такую, какой была.

Она не увидит, как дочка растет, не будет рядом в минуту грусти и в счастливые моменты. Не сможет защитить ее или научить, как самой защищать себя.

Теперь все пропало. Теперь, в миг расставания, она осознала, что чувства, которые она сдерживала всю жизнь, вдруг выплеснулись все вместе, бурным потоком.

Не та боль, которую она так храбро причиняла себе лезвием. Боль души.

Как все-таки прекрасно вернуться в человеческий род.

Она уже почти смирилась со своей судьбой, когда увидела вдали зажженные фары. Машина ехала по направлению к ней. Миле даже не верилось: просто знак свыше.