Комары послушались, моментально отстранились друг от друга и молча уселись на свои места, делая вид, как будто бы ничего не происходит, и стараясь забыть необыкновенное мимолетное чувство, застигнувшее обоих врасплох.
– Хорошо смотритесь. Никки, дурень, ты реально решил на ней жениться? – с удивлением спросил Март у брата. – Что это вообще было?
– Просто так, – склонил голову к тарелке Никита. Брат его раздражал.
– Мы потом как-нибудь женимся, – встряла Ника, у которой до сих пор от поцелуя часто билось сердце.
– Милый просто готовился. Репетировал.
Уже после недолгого, но на удивление вкусного ужина разговорчивый и не в меру смешливый Андрей, подперев щеку рукой, сказал Никите, не назвав его оленем впервые за последний час:
– Съездишь в «Алигьери». Встретишься с нашим любезным Гарри. У него большие проблемы. По пути завези домой малышку.
Наверное, Маше Бурундуковой было бы приятно, что не только она одна нашла сходство Петра с известным книжным и киногероем.
А вот если бы узнала, кто именно мыслит так же, как и она, то вообще бы очень сильно удивилась.
– Сделаю, – хмуро отозвался Кларский.
– Сделаешь, – согласился Андрей. – Ника, жду тебя в гости снова.
– Я приеду, – под напряженным взглядом Ника сказала она и добавила: – Тут сад красивый…
В «Алигьери» и еще в пару мест Никита поехал вместе с Никой. Ему нужно было, чтобы все его знакомые и знакомые брата думали, что он встречается с этой глупой нахалкой.
А общие знакомые его и Ольги об этом даже не догадаются – потому что это люди совершенно другого круга. И все это парень делал ради самой Оли Князевой. По крайней мере, он так искренне считал.
В гости Дэн, слава богу, не пришел – я, видимо, вовремя проснулась и ответила ему по телефону. Мы слегка попрепирались, как и обычно, – это веселило нас обоих, он назвал меня красавицей, я разошлась и написала ему, что он мне нравится, потому что бывает милым. Дэн загордился и сказал, что милым он не бывает – милым он остается всегда, и его второе тайное имя – Pretty boy.
«Петя вой?» – написала я ему глумливо, после чего он тут же мне позвонил, пожурил, как малявку, за издевательства над его персоной, после чего заявил, что у него сегодня прекрасное настроение и он готов поделиться им со мной. Вот так мы и договорились о долгожданном свидании. Дэн пообещал, что оно мне понравится, и я «go into ecstasies».
