– Как ты меня назвал? Машенькой?
Полупрозрачный Дэн все же поднялся с колен на ноги – не без помощи госпожи Ревности, несмотря на боль, причиняемую туманом и дождем, и оглянулся на сидящих на лавочке.
– Да. А что?
– Ничего. Ты меня так еще не называл. Машенька… Как противно звучит-то!
С этой минуты Маша знала, что если Смерчинский называет ее уменьшительно-ласкательным именем, это значит, что он слегка не в себе – либо пьян, либо в гневе. Но так как он старался вообще не употреблять алкоголь, зная последствия, то чаще всего выходило второе.
Денис был крайней зол, хотя его лицо не говорило об этом.
– Но я, в отличие от тебя, враль, скажу правду – с Ником я не хотела бы встретиться. Потому что время никообожания прошло. И это очень странно, даже невероятно, что он пишет мне такие сообщения! Да и вообще! Это все чистой воды дурдом. А почему ты задаешь мне такие вопросы про Ника, а?
– Потому что я не хочу видеть вас вместе. Представь себе, я тебя иногда чуть-чуть ревную, – отвернулся от нее раздраженный парень.
– Бред, какой бред! – Гнев и обида Маши поутихли – еще бы, она узнала такое! К тому же ей вдруг стало приятно, что Смерчинский ее ревнует. – Может, у Князя крышак поехал? Или она все выдумала?
– Ольга правда хорошая девушка. Ей незачем заниматься такими глупостями, – отрицательно покачал головой Смерч. Он испытал некоторое облегчение от того, что рассказал все это Марье.
– Н-да? Тролли не производят хорошего впечатления, – процедила сквозь зубы девушка. – А в кого она там втюрилась?
– Она не сказала.
– Хочешь, – чуть ближе наклонилась к нему Маша вдруг, – я скажу тебе, в кого она втюрилась, м-м?
– В кого?
– В тебя. – Это звучало как обвинение.
– Я так и знал, что ты это скажешь, – вполне спокойно отреагировал на эти слова парень.
– Да-а-а?
– Да. Будь уверена, мы друг друга не интересуем.
Маша прищурила ярко накрашенные глаза, которые делали ее на пару лет старше, превращая из подростка во взрослую девушку. Дэн вдруг понял, что она просто не хочет быть взрослой.
Может, но не хочет, цепляется за детство, как он – за прошлое. И он, взяв это на заметку, поспешил сказать воинственно настроенной Бурундуковой следующее:
– Она относится ко мне так же, как ты к Дмитрию.
– Он – хороший друг, – кивнула Маша, с теплотой вспомнив одногруппника.
– Она – хороший друг. Тоже."
"– А почему ты раньше не говорил, что вы с ней друзья? Почему об этом никто в универе не знает? – продолжала допрос девушка.
