Хотя кто знает, что на самом деле она, скрытная до мозга костей, чувствует? Я и Марина можем только догадываться.
– Разные, ты права, Лида. Я… я просто хотела найти подругу. Подруг… чтобы общаться. – В словах Ольги было столько правдивости, что мы втроем на миг почувствовали себя свиньями, которые не желают знаться с прекрасной и милой девушкой, отчаянно ищущей друзей.
Или она отличная актриса, или она не врет.
Но ее поведение и, правда, странное!
– Оля, – мягко сказала Лида, – ты хорошая и интересная девушка…
– И нам нравится с тобой общаться, – поддакнула хитрюга Марина.
– Но… ты немного напориста в своей дружбе, – продолжала ее сестра аккуратно. – Создается впечатление, что ты все-таки что-то хочешь от Маши. Может быть, что-то случилось, и ты хочешь, чтобы она и я с Мариной тебе помогли?
Оля покачала головой.
– Спасибо за заботу, но я не понимаю, что криминального вы здесь видите. Правда. Я хотела стать похожей на Машу. Ты мне всегда нравилась как человек, – слабо улыбнулась мне Оля, и я не знала, что на это ответить.
– Общаться свободно с людьми. Не бояться показывать истинную себя. Научиться…
Чему там Князева хотела научиться у меня, мы так и не узнали. Нам помешал Димка и несколько сокурсников, что получили вчера «автоматы» по английскому. При них мы не хотели говорить на эту тему.
– Машка, пойдем Дэна благодарить, – сказали они мне.
А Димка, кивнув настороженно Князю, спросил у Марины:
– Чего вы тут такие серьезные?
– Секретами делимся, Дмитрий.
Меняй пол и вступай к нам в кружок любителей женских штучек, – подмигнула она ему. – О, кстати, Димка, говорят, у тебя герлфренд есть?
– Кто говорит? – не понял тот. – У кого длинный язык? Бурундукова, это ты сплетничаешь без устали?
– Я, – отозвалась я, злясь на то, что так ничего и не узнала от Оли. Что-то мне слабо верится в то, что я и мои душевные качества дико ей нравятся. К людям, которые нравились мне, кстати говоря, я всегда подходила без стеснения и пыталась подружиться, узнать получше, а не копировать их.
Вот нравится мне Димка – он отличный парень, так что же мне теперь, перенять на себя весь его гардероб и в футбол начать играть с пацанами?
– Двухметровый язык, – покачал Чащин головой.
– Лось метр семьдесят пять в холке, – вспомнился мне рост одногруппника.
– Метр семьдесят восемь, – поморщился тот.
– Так что, Дим, есть, да? Говорят, ее Викой зовут? – не отставала Марина от парня, и он даже перестал со мной спорить.
