– Маша, – сердито посмотрела на меня мама, которая явно была не в духе – в очень большом «не в духе», который плавно перерастал в «драконизм» – профессиональную болезнь многих мам, беспокоящихся о своих непутевых отпрысках. – Немедленно отвечай, где и с кем ты была.
– Мам, в библиотеке, в ночном отделении, потом, правда, одногруппницу встретила, мы с ней немного погуляли и под дождь попали. А с телефоном так получилось глупо…
– Да у тебя все по жизни глупо да нечаянно получается! У твоего отца такие проблемы, у нас кадровые перестановки, у Федора скоро свадьба, все стоят на ушах, а ты делаешь, что хочешь, и в ус не дуешь! – еще больше завелась мама.
Ага, я видимо, стала катализатором ее плохого настроения.
– А где, кстати, папа? – попробовала я перевести разговор. Но я не манипулятор Смерчинский – у меня этого не получилось.
– У него срочный оперативный выезд. И не заговаривай мне зубы. Ну-ка, ну-ка, неужели ты связалась с плохой компанией? Или?..
– Ты что, мама! – округлила я глаза.
– Какая плохая компания? Я же говорю, одногруппницу встретила!
– Ну да, новая компания тебя не испортит. Это сделаешь ты. И переоденься уже наконец, не стой в мокром.
Я покорно прошествовала в свою комнату и облачилась в домашнее. Состояние легкого полета меня так и не покидало. Однако когда я вышла из своей комнаты, чтобы помыть руки, вновь была атакована.
– Думаешь, я не знаю, с кем ты была? – Мама окинула меня тяжелым взглядом.
– С кем же?
«Да, с кем же?» – вопрошали зеленые глаза котэ.
Ему было просто любопытно."
"– Со своим другом, – торжественно произнесла она. – Наврала мне, что ушла в библиотеку, к зачету готовиться.
Она нас видела из окна? Или ей уже соседка нажаловалась с первого этажа? Вот я непредусмотрительная… А вот это стремно, что мамочка так думает – больше всего она терпеть не может ложь. Ох, и достанется же мне сейчас.
– Ты же сказала, что я с плохой компанией связалась… – вздохнула я. – Где логика, мам?
– Не перебивай мать! Что это у тебя за манеры, Мария? Ты связалась с…
В это время входная дверь открылась, и в прихожую ввалились довольный жизнью брат, в руках которого был торт в большой коробке, и его девушка Настя.
Мама, на время забыв обо мне, поздоровалась с будущей невесткой, выслушала ее извинения по поводу позднего визита, великодушно махнула рукой (Настю мама любит), пожурила за что-то Федора, а потом принялась жаловаться на меня и мое безответственное поведение.
