Игра Саида. Единственная

Дергаюсь, словно от пощечины. Саид отлично умеет бить словами, не раз это доказывал. Когда всё было хорошо, когда один шаг до понимания, до близости. А он отвечал резко, в своем стиле и характере. И это рушило всё.

И сейчас ничего не меняется. Никакого смягчения удара, суровая и жестокая честность. Клеймо, которое мужчина вешает на меня. «Девка», которая должна быть рядом.

Саид отдает персоналу свой пиджак и моё пальто, двигается к отдельной ВИП-зале, где никто не помешает. Он не касается меня, Господи, даже дверь не придерживает.

А я ради него только что Эмина предала! Мелочно, но сделала это. Предупредила, попыталась помочь. Только Саиду нет до этого дела. Совсем не то, чего хотел мужчина.

Хаджиеву всегда было нужно, чтобы я полностью принадлежала ему, покорялась, подчинялась. Никаких полумер, двойных игр. А я так не умею, разучилась. И больше не хочу!

Всё внутри натягивается, когда я замечаю в комнате других мужчин.

Зачем вообще было тащить меня на свои переговоры?

Раньше мужчина так не поступал, оставлял меня за кадром. Разве не правильнее было бы держать меня подальше? Сейчас, когда Хаджиев совсем мне не доверяет.

Голова кругом от недосказанности.

Подхожу ближе, когда ловлю взгляд Саида. Он кивает на место рядом с ним, возвращаясь к мужским разговорам.

Наши бедра соприкасаются, когда Саид расслабленно откидывается на спинку. И меня жаром обдает, огненным шаром бьет в солнечное сплетение. И скручивает спазмами, когда мужчина кладёт ладонь на моё бедро.

Простое касание, словно печать. Почти невинное, вот только у меня пульс зашкаливает. Кровь разносит эндорфины по телу, вызывая мурашки и тянущее чувство внизу живота.

И я даже сказать ничего не могу, не перед другими. Может, я и не разбираюсь в криминале, но есть истины, которые понятны даже мне. И самая главная – не подрывать авторитет Саида перед другими.

Это ничем хорошим не закончится.

Успокаиваю себя тем, что я не одна девушка здесь. Есть ещё две, которые сидят возле других мужчин. Без интереса рассматривают интерьер, делают вид, что их совсем здесь нет.