Игра Саида. Желанная

А то, как ответил Хаджиев, только сильнее толкает в пучину паники. Резко и зло, одной фразой указывая мне на место. Я знаю это, не забываю. Но всё равно больно от такого тона.

– Зачем ты это делал? – спрашиваю на грани слышимости, губы едва шевелятся. – Зачем ты преследовал мою маму?

– Никакого преследования, лишь помощь.

– Но почему?

– Потому что ты устроила забег по миру. А кто-то должен был присмотреть за ней. И нет это было не из благих намерений.

– Ты хотел через неё узнать обо мне? Мама никогда не знала, я старалась её обезопасить.

– Знаю, это было не сложно раскопать. Но я уже повторял, пташка. Я люблю честную игру. Если бы ты попалась из-за проблем с матерью, то было бы не интересно. Я люблю выигрывать.

На языке вертится грубый ответ. Если Саид так хотел победить сам, то почему согласился на сделку? Ему ведь было не сложно помочь просто так. Если он уже приглядывал за мамой, то всё было зря.

Адам же… Хаджиев может быть кем угодно, но точно не монстром. Чужой ребенок для него ничего не значит, но он мог бы что-то сделать.

У мужчины миллион связей. Опасный, хищник. Такой легко добивается желанного. Тогда почему присудил себе нечестную победу? Это ведь одно и тоже.

– Почему Саша? – спрашиваю шепотом, меняя тему.

– Решил, что твоя мама может знать имя твоего преследователя. Если хочешь, можешь ей всё объяснить.

– Не нужно.

Подаюсь вперед, крепко сжимаю мужскую ладонь. Смотрю с надеждой, чтобы он не стал ничего говорить.

Саид едва вскидывает бровь, рассматривая меня. А после кивает, принимая условия. Облегченно выдыхаю. Вздрагиваю, когда его пальцы задевают мои, ползут выше.

Шерстяное платье вдруг становится слишком теплым, огоньки собираются под ним. Щиплют, не отпускают. Особенно в момент, когда мужчина опускает руку на мое колено. Подается вперед, получая больше пространства для маневра.

Его ладонь пробирается выше, давит на бедро.

– Хорошая девочка.

Саид усмехается, добираясь до моего лона. Мышцы сжимает спазмами, вдоль позвоночника несется теплая волна. И всё резко прекращается. Мужчина садится ровно, а меня вдруг накрывает холодом.

– Сейчас чай будем пить с пирогами, - мама радостно улыбается, возвращаясь.