Игра судьбы (СИ)

— Ты сам откуда? Что-то не припомню, — обратился к юноше мужчина более старшего возраста, чем остальные.

— Я не здешний: решил остановиться в вашем городе и прикупить себе дом, — улыбнулся лейтенант. Нужно было налаживать связи.

— Если что, забегай. Мы находимся в кабинете 26 на втором этаже здания.

— Хорошо! — улыбнулся он в ответ и направился к дверям мэрии.

Узнав, куда можно обратиться для получения документов, а затем по поводу покупки жилья, он направился по коридору в кабинет, указанный дежурным. Постучав в дверь, Владимир зашел в комнату одного из помощников мэра города.

В кабинете всё было массивным, выдержанным в стиле ампир: плотный резной шкаф у стены, весомое дубовое кресло с лаковым покрытием и мягкой красной спинкой в деревянной оправе, грузные, с подхватами, шторы на окнах, возле стены стоял громоздкий диван, отделанный таким же красным материалом, что и кресло. Крупный мужчина, больше похожий своей массивностью на медведя, внимательно осматривал вошедшего.

— Чего желаете, молодой человек? — спросил мужчина.

— Я по поводу документов.

— А у вас есть доказательства, что вы — это вы, а не кто-то, попытавшийся взять чужое имя?

— Да, — ответил юноша.

Он выложил на стол документы бабушки и бумагу, в которой она писала, что подобрала малолетнего сироту и взяла над ним опекунство. Он также предоставил документ, написанный от ее руки. На бумаге была капля ее и его крови. Он даже помнил момент, когда поранился, а бабушка вытерла разбитую коленку ваткой и тут же им вымазала кровью бумагу.

«Век тебя буду благодарить, бабуля. Родная мать столько для меня не сделала, сколько ты», — думал юноша.

Он до конца сомневался в том, что эта измазанная его кровью бумага в чем-то может ему помочь. Посмотрев документы, помощник мэра вызвал своего помощника и передал ему документ об опекунстве.

— Сравни в базе, кому принадлежит кровь. Заодно возьми у молодого человека. Он утверждает, что она его.

Помощник вернулся через несколько минут.

— Кровь принадлежит некой Алексии Рионер, без вести пропавшей после нападения на их караван, когда они с мужем направлялись в другой город.

— Твоя опекунша считается до сих пор без вести пропавшей, что на это можешь сказать? — спросил мужчина, вынув из ящика стола непонятный предмет и установив его на стол.

— Померла она, а то, что считалась без вести пропавшей, — то жила она в своем мире, поэтому и не давала о себе знать.