Поэтому Янору пришлось согласиться. Однако в глубине души он лелеял мечту когда-нибудь освободиться от этого весьма грубо навязанного сотрудничества. Беда в том, что Себастьян крепко держал его на поводке. Простите, не буду распространяться, что именно я имею в виду. Но вдруг появились вы. В этот момент, собственно, я и вступил в игру.
Даниэль наклонился и все-таки налил себе немного вина. Сделал глоток, видимо, смачивая горло после длинной тирады, затем вновь вальяжно откинулся, грея ладонью бокал."
"— Мне необходимо было убедиться, что Себастьян относится к вам серьезно, — продолжил он, разглядывая меня с некоторой долей презрения.
— Любовниц у него всегда было предостаточно. Как я уже говорил, сначала я решил, что вы одно из его мимолетных увлечений. Но меня насторожил тот факт, что вы поспешно обручились с другим, словно пытаясь защититься от его чрезмерного внимания. Кроме того, мои осведомители уверяли, что между вами нет постельных отношений. Однако на серьезные доказательства это все не тянуло.
Благо, что достаточно скоро подвернулся удобный шанс проверить серьезность намерений Себастьяна.
— О чем вы? — спросила я, уже догадываясь, каким будет ответ.
— Беатрикс, вас не насторожила та легкость, с которой Джайсон Винигут пленил трех магов? — с откровенной насмешкой поинтересовался Даниэль. — Я про тот случай, когда вам пришлось наведаться в гости к Альтису. Поверьте, если бы Янор захотел — он бы размазал шерифа тонким слоем по полу, не оставив от него даже воспоминаний. Но Янор благоразумно затаился, наблюдая, что произойдет затем.
И такая тактика принесла необходимый результат — вы погибли, и Себастьяну волей-неволей пришлось проявить свои чувства и спасти вас. Ну а я, собственно, убедился, что игра стоит свеч.
— Ну и гад же вы! — не выдержав, воскликнула я.
— Почему же? — Даниэль лишь усмехнулся. — Думаете, у того же Себастьяна методы лучше? Такие же, милочка, если не хуже. Невозможно удержать власть в руках, не замаравшись при этом.
Я сидела, надувшись и обидевшись на весь мир.
Просто немыслимо, что, оказывается, все эти месяцы вокруг меня плелась грандиозная паутина лжи и предательства, а я ничего не замечала.
— Впрочем, вернемся к нашему Стефану, — произнес Даниэль, словно не заметив, как сильно у меня испортилось настроение. — Итак, у меня родилась гениальная идея использовать вас в качестве средства воздействия на непокорного Себастьяна. И для этого я выпустил на сцену Стефана, все эти годы безуспешно алчущего мести.
