"
"— Принц Винсент, старший сын Сигурда Третьего, короля Прерисии, чрезвычайно интересный собеседник, — проговорил Янор и чуть мазнул губами по краю своего бокала. — Более того, говорят, он весьма романтически настроенный мужчина и вряд ли останется равнодушным к бедам девушки, попавшей в затруднительное положение.
Я несколько раз размеренно ударила пальцами по подлокотнику кресла, размышляя над туманными словами Янора. Значит, он предлагает мне очаровать принца и в его лице найти могущественного покровителя и защитника.
Некоторый резон, безусловно, в этом есть. Себастьян не пойдет из-за меня на обострение политической ситуации между двумя странами, тем более что Прерисия во много раз превосходит Итаррию по военной мощи. Но не потребует ли этот самый Винсент слишком многого в обмен на мое спасение?
— Не попробовав — не узнаешь, — продолжил Янор, словно прочитав мои мысли. — Не правда ли, Беатрикс?
Я лишь тяжело вздохнула в ответ. Ох, в какое безумие я в очередной раз лезу! Не лучше ли отступить, пока дело не приняло слишком серьезный оборот? Правда, тогда получится, что я смирилась и сдалась на волю победителя, не сделав ни одной попытки выбраться из западни.
— Игра в кошки-мышки, — задумчиво проговорила я. — Прячься, убегай или же нападай.
— И только вам выбирать, будете ли вы кошкой или мышкой. — Янор отсалютовал мне поднятым бокалом, без особых проблем поняв, что именно я имела в виду.
* * *Всю ночь после этого разговора я не сомкнула глаз. Постель огнем жгла кожу, поэтому я вертелась, не в силах успокоиться.
То и дело в памяти всплывали обрывки разговора с Янором. Правильно ли я сделала, что не выставила его из дома сразу же, едва только запахло жареным? Но в конце концов я не присягала Себастьяну на верность, и он должен сознавать, насколько меня унижает сложившаяся ситуация, а следовательно, я сделаю все, лишь бы освободиться от его навязчивого присутствия в своей жизни. И потом, я не обещала Янору следить за Себастьяном. Я лишь рассказала о том, что он предложил мне сопровождать его на королевский бал.
Однако подспудно я понимала, что все это — пустые отговорки. Если детали нашей беседы с Янором станут известны, то мне не поздоровится, и это мягко сказано. Не пора ли испуганной серой мышке спрятаться в уютную норку и сделать вид, будто ее ничего не касается? Но с другой стороны — не станет ли это признанием окончательного поражения?
— Да что он мне сделает? — рассерженно прошептала я, пытаясь поудобнее взбить подушку.
