Игра в кубики

– Значит, дело в долях ваших друзей, которые вы получили после их смерти?

Пострельцев бросил в ее сторону короткий взгляд и снова уставился в чашку:

– Это ваши домыслы, не более.

– Тогда зачем ты убрал сперва Митина, а потом и Никулина? – Чумаченко откинулся на спинку стула и закурил. – Не затем разве, чтобы их доли присвоить, справедливость восстановить? Ведь они тебя даже там обошли, при дележке. Меньше всех у тебя было, даже меньше, чем у Никулина. Первенство Митина ты признавал – вроде как он у вас вместо мозга был, правая рука Репы, как-никак.

Пострельцев медленно поднял голову и посмотрел Чумаченко прямо в глаза:

– Я в тот год потерял столько друзей и денег, что страшно вспомнить. Но знаешь, о чем из этого я по-настоящему жалею? О деньгах, – и в голосе его было столько горечи, что Полине стало абсолютно ясно – этот человек мог убить ради денег кого угодно, в том числе и своих ближайших друзей.

– О них все жалеют, – хмыкнул Чумаченко, – просто суммы для жалости у всех разные. Скажи, ну, неужели у тебя никогда не закрадывалась мысль о том, что у Никулина, например, дочь осталась? Ведь всего три года было девчонке, ты же ее крестным был, неужели не думал никогда, что с ней стало?

– Светка ее удочерила, я знал.

– И ты не думал, что Светка ей могла рассказать что-то?

– Что? Она ничего не знала. Пашка ей денег давал, помогал, чем мог – но и все на этом, она даже не была в курсе, что у него акции эти были.

– Ты считаешь людей глупее, чем они есть, Ваня, и на этом прокалываешься всегда, – вздохнул Чумаченко, пальцам придавливая окурок в пепельнице. – А не думал, что дочь Никулина, когда выросла, сама поинтересовалась тем, что произошло с ее родителями? И, когда выяснила, решила отомстить?

Пострельцев ошеломленно приоткрыл рот и стал вдруг совершенно простецким мужиком, привыкшим всю жизнь работать кулаками, а не головой.

«Ему бы рубашку-«гавайку» и белые шорты до колен, и будет типичный «новый русский» где-то на Мальдивах», – подумала Полина, внимательно слушавшая их диалог и старавшаяся не пропустить ни одного слова.