Онлайн-библиотека книг
Глаза открылись сами собой около двух часов дня. Сквозь шторы пробивались лучи солнца, и Борис зажмурился. Ощутив голодные спазмы, он лениво выбрался из постели, принял душ и, чувствуя себя свежим и бодрым, отправился в ресторан.
После обеда Нифонтов набрал телефон Ник Ника и сообщил, что начало положено, статью пришлет ночью.
– Ну, слава богу, – обрадовался главред, – а то я уж и не знаю, что думать, ты какой-то странный стал, Боренька.
– Да ну, шеф, ерунда… просто нужна была встряска. И не люблю я маленькие городишки, они меня давят, вы ведь в курсе.
– Что поделать, Боренька, не всегда новости в столице делаются, кто-то должен и на периферию выезжать, а тут ведь не пустяк, дело-то громкое.
– Настолько, что местные успевают информацию получить, а мне даже на порог прокуратуры вход воспрещен.
– Так и не удалось со следователем поговорить?
– Пока нет. Но я не теряю надежды, ищу пока другие источники.
– Ты талантлив, Боренька, помни об этом.
– Вы мне льстите, патрон, но это приятно. Все, побегу редактировать.
Никуда, конечно, Борис не побежал, неспешно вышел из гостиницы и пошел по улице совершенно безо всякой цели. В голове было пусто, как всегда после напряженной работы, не хотелось ни о чем думать, ничего решать, хотелось просто идти по улице, подставив лицо солнечным лучам.
В кармане завибрировал телефон, Борис недовольно поморщился, вырванный противным звуком из охватившей его эйфории. Звонила Алиса:
– Борис, добрый день. Вы можете встретиться со мной сегодня вечером?
Голос девушки звучал взволнованно, и Борис насторожился:
– Что-то произошло?
– Да.
– Хорошо. Я заеду за тобой к концу рабочего дня, так пойдет?
– Да. Только, пожалуйста, к самой прокуратуре не подходите, хорошо?
– Как скажешь. Буду ждать в сквере на первой от входа лавке.
– До встречи, – Алиса бросила трубку так поспешно, словно чего-то испугалась."
"«Интересное дело, – подумал Борис, убирая телефон в карман. – Что же там случилось?»
До вечера он гулял по городу, стараясь найти в нем что-то мало-мальски привлекательное, но с каждой улицей, с каждым сквером в нем крепло убеждение, что жить можно только в столице.
