Игра в наперстки

Если даже они и не были в кино, то сговориться могли запросто. Ибо муж и жена – одна сатана. Притом не важно, расписаны они официально или нет.

Единственное, что не вписывалось в общую картину, – деньги, полученные недавно Винницким якобы от продажи родительских «Жигулей». Это тоже надо проверить. Если, конечно, сделка была законной и оформленной по всем правилам. А вот если Леня ее на запчасти продал не пойми кому, то тут может быть сложнее. Пока что официально этому жулику (бывшему?) предъявить нечего, даже за старые грешки.

Когда вопросы иссякли, Лев Иванович посмотрел на собеседника, который курил уже третью или четвертую сигарету и сказал:

– Все, Леня. Больше у меня вопросов нет.

– Вот и хорошо, – Винницкий затушил в пепельнице окурок и посмотрел на сыщика, как тому показалось, не без облегчения.

Гуров вышел в коридор, затем заглянул в открытую дверь. Рита копошилась за компьютером, а Крячко с беспечным видом лазал в телефоне.

– Я все, – сообщил Лев Иванович.

Стас оторвался от экрана.

– Да я тоже.

– Тогда пойдем.

Они попрощались с хозяевами и ушли. До управления доехали на машине майора, так как сыщик свою оставил на служебной стоянке.

– Ну что, Лева, улов есть? – поинтересовался Станислав на обратном пути.

– Еще какой, – хмыкнул Гуров. – Сам догадаешься?

– А, в стиле «не знаю, не видел, не слышал, не помню и вообще не при делах»?

– Именно. Знакомство с Бурцевым наш Леня отрицать не стал. Знает, виделись, но раза два-три. Где жил убиенный, понятия не имеет, но, как и многие, наслышан о том, что он из себя представлял.

– Что жмот и подставщик?

– Да. Поэтому, по словам Винницкого, никаких дел с Бурцевым он не имел и, собственно, не собирался. Только разок подсказал ему каких-то барыг, которых можно на денежки развести.

– Ну, это мелочь. Насчет алиби спросил?

– Само собой. Говорит, был с Ритой в кино. Как раз в то время, когда придушили Андрюшу.

Крячко кивнул:

– Ритка мне то же самое сказала.

– А что еще она тебе рассказала?

– Что в курсе трудовой, так сказать, биографии своего возлюбленного и что тот после последнего случая – ну, когда он чуть под суд не попал, но умудрился вылезти в свидетели – завязал и больше никакими мутными делишками не занимается.

– Стас, я понимаю, что это дочь твоих знакомых и ты ее давно знаешь, но все-таки…

– Да понимаю, Лева, понимаю. Будем проверять?

– Будем. Хотя на «мокрушника» этот Винницкий, конечно, не тянет. Жулик, не более того.

– Кстати, про «жигуль» Ритка подтвердила.