Игра в наперстки

– Лев Иванович? – уточнил он.

– Да, это я, – кивнул сыщик, протягивая руку. – А вы – Владимир Сергеевич.

– Можно просто Володя, – сказал Тупиков, отвечая на рукопожатие. – Вы хотели поговорить о краже восьмилетней давности, так?

– Совершенно верно. Давайте, что ли, на улицу выйдем, там и побеседуем. А то здесь шумно.

Они вышли из здания автовокзала и направились в сторону ближайшей малолюдной улицы. Оперативник достал из кармана джинсовой жилетки пачку сигарет и закурил.

– А я о вас наслышан, Лев Иванович, – заметил он.

– Надеюсь, хорошее? – улыбнулся Гуров.

– Исключительно хорошее. Вон, тот же Сашка говорит, что вы опер от бога. Да и не только он.

– Спасибо. Приятно слышать, что твою профессиональную компетенцию столь высоко ценят.

– Итак, что же за кража вас интересует, Лев Иванович?

– Из ныне закрытого ресторана «Морской бриз». Виновник там был некий Олег Симонов."

"Тупиков кивнул:

– Да-да, помню. Хотя, как вы правильно заметили, восемь лет прошло. А что конкретно вас интересует?

– Его подельник.

 – Сыщик не стал ходить вокруг да около, а сказал напрямую.

– Я почему-то так и подумал, – Володя затянулся и выпустил несколько колечек. – Вы дело смотрели?

– Смотрел. Но сообщника так и не нашли. Точнее, не установили.

– Ну да, – как-то скептически заметил оперативник.

– У вас были какие-то подозрения?

– Были. Но, увы, недоказуемые. Потому что не было даже косвенных улик.

– Да, и такое бывает, к сожалению, – согласился Лев Иванович. – И кто же, по-вашему, был подельником Симонова?

– Если честно, – признался Тупиков, – я и сам до конца не был уверен.

Точнее, не на сто процентов. Но сильно подозревал, что это школьный друг Симонова.

– Андрей Бурцев?

– Да, кажется, такая у него фамилия была. Такой высокий темноволосый парень с каким-то абсолютно безэмоциональным лицом. Имя запомнил – Андрей, а вот фамилию… Впрочем, не суть важно.

– А почему вы были уверены в том, что именно Бурцев был вместе с Симоновым на краже?

– Сначала я зацепился за показания Витьки Кирюхина.

Он в то время был местным шалопаем, рокером, этакий парнишка «перекати-поле». Чуть ли не со всеми компаниями в округе тусовался. У него еще прозвище Чип было. Когда Витьку допрашивали, естественно, спросили по поводу подельника. Он тогда так очень красиво, по-книжному завернул, что это старинный и надежный друг Симонова, которому тот доверяет как себе, с которым они чуть ли не побратались в свое время, как наши с американцами во время войны, ну и все в таком духе.