Получив стаканчик виски со льдом, он поднес его к носу, понюхал. Он уже пробовал виски раньше, но не мог вспомнить, понравилось оно ему или нет.
Пригубил, задумался. Вроде понравилось.
Оглянулся по сторонам — самолет был полупустой, он сидел в пустом ряду и напротив никого не было. Только сзади, где были места для курящих, насчитал двенадцать пассажиров.
Вскоре снова рядом остановилась стюардесса. Протянула ему поднос с едой.
— Что-то еще будете?
— Да, колу.
В аэропорту Гэтвик, пройдя через паспортный контроль, Виктор вынырнул в фойе и тут же увидел девушку с табличкой, на которой была не правильно написана его фамилия.
Подошел. Сказал: «Это я» и указал пальцем на табличку.
— 0'кей, — она улыбнулась и жестом показала следовать за ней.
Виктор на ходу крутил головой по сторонам — все ему было интересно, все краски казались ярче, чем на родине. Чудом он не потерял из виду эту девушку.
Она уже выходила на улицу.
Догнал, пошел рядом.
Черный «форд-мондео» привез его в гостиницу «Кенсингтон-Парк». Девушка, ничего не понимавшая по-русски, помогла, однако, поселиться, вручила пластиковую папку с какими-то бумагами.
Обратила его внимание на верхний листок. Виктор понял, что это была программа конференции — даты и время.
Уже усевшись на мягкую кровать в своем номере, он тяжело вздохнул, подумав о том, что даже англо-русского словарика с собой не взял. Как же ему теперь тут обходиться?!
Зазвонил телефон. Виктор удивленно оглянулся. Подошел, снял трубку.
— Здравствуйте, — прозвучал милый женский голос.
— С приездом! Меня зовут Вика, я буду вашей переводчицей на конференции.
— А вы откуда? Из Лондона? — спросил Виктор.
— Я в посольстве работаю… Если вы не против — через полчасика я к вам подойду познакомиться и помочь разобраться в бумагах, вам же дали документы конференции?
— Да…
Настроение у Виктора после разговора с Викой улучшилось. Самая серьезная проблема была решена. Он решил внимательнее изучить номер. Увидел маленький холодильничек — открыл и обомлел, обнаружив там десятка три маленьких бутылочек.
Рассмотрел среди них и знакомые наклейки: «Абсолют» и «Финляндия». К стене на кронштейне крепился телевизор. Под ним на столике лежал пульт.
— Европа! — восхищенно вырвалось у Виктора. Прилег на кровать и расслабленно уставился в чистый белый потолок.
Вика оказалась привлекательной блондинкой лет тридцати, стройненькой и со вкусом одетой. Она первым делом по-мужски протянула руку, потом взяла папку с бумагами конференции, просмотрела.
