— Что, Занозин поехал кататься? — спросил он у дежурного, лениво стоявшего у входа и державшего обе руки поверх висевшего у пояса «Калашникова».
— А он и не приезжал. Как отправился в аэропорт, так и не возвращался.
Покачав головой, Виктор поднялся к себе.
Присев за стол, повернулся к окну. За треснутым стеклом ветер играл красной шевелюрой деревьев. Вспомнилась почти такая же диагональная трещинка в стекле окна в кабинете Вики. Только там, за окном ее кабинета, было пусто. Окно выходило в серый, невзрачного вида внутренний дворик.
Все-таки его кабинет по уровню уюта и заоконного пейзажа мог бы посоревноваться с той комнаткой украинского посольства.
— Пока тебя не было, все только тебя и искали! — сказал Виктору майор, засовывая привезенное пиво под свой рабочий стол. — Из министерства звонили, из управления, еще откуда-то… Раз десять, наверно. Требовали узнать, когда ты возвращается. Я всем сказал, что сегодня. Зато сегодня никто тебе не звонил!
Цирк! Ну как съездил?
— Виктор вкратце рассказал о конференции и о Лондоне.
— Вот видишь, старая песня наконец стала былью!
— Какая песня? — спросил Виктор.
— «Молодым везде у нас дорога, старикам всегда у нас почет!» Мне как раз медальку дали, пока ты по Западу шатался! Надо будет обмыть! Как насчет сегодня? Через полтора часа служба заканчивается. Заходи, посидим. — И он кивнул на свой старый сейф.
Виктор пообещал зайти и вернулся в свой кабинет. Его начинало раздражать отсутствие Занозина. Видно, дорвался до «мазды» и теперь понтуется по улицам города, девушек подвозит!"
"Достав из своего сейфа дело Броницкого, Виктор, как и собирался, разложил перед собой полученные от поляка фотографии.
Подпер подбородок кулаками, задумался.
План действий был более-менее ясен. Вернется Занозин, и он «вставит» ему за катанье на «мазде», потом поручит выяснить все, что известно о гибели Броницкой, и узнать домашний адрес капитана погранвойск Кылимника.
Взгляд Виктора сам собой ушел на фотографию, где двое зрелых и респектабельных мужчин внимательно смотрели куда-то в сторону.
Дверь неожиданно распахнулась, и в кабинет вошел майор Крысько.
— Слушай, только что звонили, сказали, что твой Занозин в реанимации. В машину выстрелили из гранатомета, когда она подъезжала к Южному мосту…
— Я же там сам ехал… — забормотал Виктор, растерявшись от неожиданной новости. — Нет… Правда, я же на метро… Машина свободная есть?
— Конечно, возьми дежурную «восьмерку».
