Девушки обежали гостиную, кабинет, столовую и кухню, громко окликая хозяйку; наконец постучались в закрытую дверь ее спальни и, не получив ответа, рискнули войти.
— Она свисала с потолка, — прошептала Алисия, будто боясь, что ее подслушают.
— Покончила с собой? — осведомился инспектор.
— Мы сперва тоже так подумали, подошли посмотреть, вдруг она жива и можно ее снять, но, сдается, ее убили, ведь никто не заклеивает себе рот скотчем перед тем, как покончить с собой, правда? Тогда мы перепугались, и Алисия сказала — пошли скорей отсюда.
Мы вспомнили насчет отпечатков пальцев и протерли двери, вообще все, к чему притрагивались, — тараторила Ноэми.
— Загрязнили место преступления! — вскричал инспектор.
— Ничего мы не загрязнили. Все протерли влажными салфетками. Знаете, такие одноразовые, дезинфицирующие, они у нас всегда с собой.
— Из грузовичка позвонили маме, — продолжила сестра, показывая на Элсу: та молча плакала, сгорбившись на стуле, вцепившись в руку Блейка.
— А я им сказала — пусть срочно едут к мистеру Джексону.
Что еще им оставалось делать? — всхлипнула Элса.
— Позвонить по девять-один-один, например, — подсказал Боб Мартин.
— Девочки не хотят неприятностей со службой иммиграции, Боб. У них есть разрешение на работу, но большинство персонала у них трудится без оформления, — пояснил Блейк.
— Если они — легальные иммигранты, им нечего бояться.
— Это ты так думаешь, не побывав в шкуре приезжего, который говорит с латиноамериканским акцентом, — возразил бывший тесть.
— Рэйчел Розен никому не доверяла. К ней никто не ходил, даже у сына не было ключей, только у Алисии и Ноэми, которые раз в неделю привозили уборщиц. Их и заподозрят в первую очередь.
— У хозяйки никогда ничего не пропадало, поэтому в конце концов она нам дала ключи. Сначала оставалась дома, надзирала за женщинами, считала столовые приборы, белье, которое шло в стирку, но потом успокоилась, — пояснила Алисия.
— Я все равно не понимаю, почему бы не позвонить в полицию, — повторил Боб Мартин и взялся за мобильник.
— Боб, погоди! — остановил его Блейк.
— Мы много лет работаем в этой стране, мы — честные люди! Вы знаете нас; представьте, что нас обвинят в смерти этой женщины! — рыдала Элса Домингес.
— Все мигом разъяснится, Элса, не бойтесь, — заверил ее Боб Мартин.
— Она волнуется из-за Уго, младшего сына, — вмешался Блейк. — Как ты знаешь, у парня были проблемы с законом, ты пару раз выручал его, помнишь? Он сидел в тюрьме за драки и кражу.
